страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Духовные стороны христианства

СЕБЯЛЮБИЕ

Себялюбие ставит себя, как идола, на место Бога

Как тяжко грешит человек, когда любовь, которую должен отдавать Богу, обращает к себе; когда вместо Божией воли исполняет свою; когда послушание, которое должен проявлять к Богу, как верховному своему Господу, отдает своей плоти. Он должен искать и воздавать славу, хвалу и честь имени Божию, но вместо этого сам хочет прославиться и, таким образом, на месте великого Бога, Господа и Создателя своего, ставит и почитает себя, как идола. Это не что иное, как великая неправда и бесстыдная вражда против Бога (104, 1617-1618).

Самолюбивый хочет быть любимым и другими, а других не любит и не хочет любить. Сам хочет всякое добро иметь и всякого зла и злополучия избежать, а о прочих нерадит. Если и делает кому добро, однако не даром, но ради своей корысти... Сюда относятся и те, которые ради того дают милостыню, чтобы приемлющие молились о них Богу... Самолюбивый нанесенных обид не терпит, но мстит или хочет мщения. Самолюбив же он потому, что сам хочет получить прощение прегрешений от Бога и хочет, чтобы ближний ему оставил обиду (никто ведь не хочет, чтобы обиженный на него злился и мстил), но сам того не хочет делать ближнему, то есть любит себя больше, нежели Бога и ближнего... Тягчайшее самолюбие есть когда кто-нибудь ищет своей корысти с обидой ближнего. Таковы те, которые крадут, похищают, отнимают чужое добро (104, 1618).

Признак самолюбия - когда кто-нибудь данное ему Богом дарование или скрывает, или не во славу Божию и пользу ближнего употребляет. Таковы те, которые богатство или хранят без всякого употребления, или тратят на свои прихоти, например, на великолепные строения, роскошь, тщеславие, украшение и прочее; также кто имеет разум и скрывает его или употребляет во зло, например на бесполезные сочинения, на коварную клевету и прочее, кто имеет здоровье и не хочет трудиться (104, 1619).

Осуждение есть признак самолюбия (104, 1620).

Как любовь к ближнему есть источник всяких духовных благ и временного благополучия, так самолюбие становится причиной всяких зол, грехов и бедствий на свете. От самолюбия не терпение, но злоба и мщение, ибо "любовь долготерпит" (1 Кор. 13, 4).

От самолюбия - жестокосердие, немилосердие, мучительство, сви репость, ибо только "любовь милосердствует". От самолюбия - мучительная зависть и достойная смеха печаль от блаженства ближнего, только "любовь не завидует". Самолюбие кичливо, заносчиво, гордо, презрительно - "любовь не превозносится, не гордится". При самолюбии гнев и ярость, крик и хула - "любовь не раздражается". Самолюбие сопряжено со злопамятством - "любовь не мыслит зла". В самолюбии заключается неправда, всякая ложь - любовь не только не делает неправды, но и "не радуется неправде, а сорадуется истине". Словом, сколько ни есть согрешений, обид, которые мы наносим ближнему,- все прорастают от самолюбия, как ветви от злого корня (104, 1621).

Самолюбие есть язва, нанесенная врагом в врехопадении (104, 1623).

Самолюбие есть тьма душевная (104, 1623).

Самолюбие присуще плотской мудрости (104, 1623).

Какое в скоте и в звере замечаем злонравие, такое есть и в человеке, не возрожденном и не обновленном благодатью Божией. В скоте видим самолюбие: он один хочет пищу пожирать, жадно хватает ее и пожирает, прочий скот не допускает и отгоняет и прочее; то же есть и в человеке. Сам обиды не терпит, но прочих обижает; сам презрения не терпит, но прочих презирает; сам о себе клеветы слышать не хочет, но на других клевещет; не хочет, чтобы имение его было похищено, но сам чужое похищает... Словом, хочет сам во всяком благополучии быть и злополучия избегает, но другими, подобными себе, пренебрегает. Это - скотское и мерзкое самолюбие! (104, 1623-1624).

Правда, что много бед и скорбей терпят благочестивые люди, но эти скорби только извне их ударяют, а их боголюбивых душ не касаются. Напротив, самолюбивых извне и изнутри смущают и потопляют скорби. Поэтому гораздо больше скорбей бывает у самолюбивых, чем у боголюбивых. Любящих Бога хотя и окружают скорби и беды, но не потопят; колют, как терние розу, но не заколют; покрывают, как мгла солнце, но не помрачают; бьют, как морские волны камень, но не разбивают, поскольку духовное сокровище и Царствие Божие внутри их (Лк. 17, 21). И оно содержит их души и делает во всем благонадежными, как якорь удерживает корабль в бурю. Не так самолюбивые: они, как тростник, колеблются и сокрушаются и малым ветром неблагополучия, поскольку хотя и стараются показать, что они есть нечто, как пузыри на воде, но внутри никакой крепости не имеют и потому, как пузыри, исчезают, когда повеет на них противный ветер (104, 1624).

Горестно нашей плоти оставить свое самолюбие и последовать воле Христовой, но этого непременно требует дело нашего исцеления и спасения. Из этого можно заключить, что нет истинного обращения и покаяния в тех, которые не хотят избавиться от самолюбия, честолюбия, славолюбия и прочего, угодного плоти, и потому остаются и пребывают духовно немощными, неисцеленными, хотя и предлагается всем спасительное Христово врачевание. Святитель Тихон Задонский (104, 1625).

Не хвались сам и хвалы от других не принимай с удовольствием, чтобы не принять здесь воздаяния за свои благие дела похвалой чело веческой: "Вожди твои вводят тебя в заблуждение и путь стезей твоих испортили",-говорит пророк (Ис. 3, 12). Ибо от похвалы рождается самолюбие, от самолюбия же - гордыня и надменность, а затем и отлучение от Бога. Лучше не сделать ничего славного в мире, нежели, сделав, безмерно величаться. Ибо фарисей, сделавший славное и похвалявшийся, от возношения погиб; мытарь же, ничего благого не сделавший, смирением спасся. Одному благие дела его от похвалы стали ямой, другой же смирением был извлечен из ямы; ибо сказано, что мытарь "пошел оправданным в. дом свой более, нежели тот" (Лк. 18, 14). Похвалился Давид исчислением множества людей и смертною казнью людей своих был наказан. Езекия похвалился множеством богатства перед вавилонскими послами и был лишен сокровищ своих. Святитель Димитрий Ростовский (103, 1029-1030).

"По причин

е умножения беззакония, во многих охладеет любовь" (Мф. 24, 12). Любовь уничтожается беззакониями - чем больше грехов, тем меньше любви. Где одни грехи, там не ищи любви. Стало быть, кто взыщет распространения любви и сокращения нелюбви, тот должен позаботиться об умалении грехов и сокращении области грехопадения. Вот настоящее начало гуманности! Приняв его, надо принять и все способы, какими можно противодействовать греху. Грехи вовне есть плод внутренней греховности. Внутренняя же греховность вся коренится в эгоизме с его исчадиями. Следовательно, гуманистам надо узаконить для себя такие порядки, какими подавляется эгоизм, а эгоизм сильнее всего подавляется пресечением своей воли. Не давай себе воли - и скоро одолеешь эгоизм. Напротив, какие хочешь употребляй средства против эгоизма - ничего не сделаешь с ним, если будешь давать свободу воле. Отсюда следует, что где ищут волюшки во всем, там ищут расширения эгоизма и охлаждения любви,- ищут большего зла (116, 411-412).

Господь начинает укор Своим современникам с того, что они нерадят "о суде и любви Божией" (Лк. 11, 42). Иссякновение правды и любви есть корень всякого нестроения как в обществе, так и в каждом человеке. Само же оно происходит от преобладания самолюбия, или эгоизма. Если эгоизм вселится в сердце, то в нем расплодится целое полчище страстей. Сам он поражает правду и любовь, требующие самоотвержения, а страсти, им порождаемые, изгоняют все другие добродетели. И становится человек, по сердечному строю, негодным ни к чему истинно доброму. Дать "десятину с мяты, руты и всяких овощей" (Лк. 11, 42) еще может, а сделать что-либо посущественнее не находит в себе мужества. Это не значит, что и внешнее поведение его безобразно. Нет, оно всячески скрашивается добропорядочностью, только сам в себе он есть гроб скрытый, над которым люди ходят и не знают того (Лк. 11, 44). Начало самоисправления есть начало возникновения в сердце самоотвержения, вслед за которым восстанавливается правота и любовь, а от них потом начинают оживать, одна за другой, и все прочие добродетели. Человек, по сердечному строю, становится тогда благообразным перед очами Божиими, хотя внешне для людей может иногда казаться довольно невзрачным. Но суд людской - не важное дело, лишь бы суд Божий был не против нас. Епископ Феофан Затворник (107, 370-371).

Самолюбие и привязанность к временному и суетному - плоды самообольщения, ослепления, душевной смерти. Самолюбие есть извращенная любовь к себе (108, 88).

Для любящего душу свою, для того, кто не решается на самоотвержение, закрыто Евангелие: он читает букву, но слово жизни, как Дух, остается для него под непроницаемой завесой (108, 110).

Смерть и гибель, которых требует от нас Бог, состоят не в уничтожении существования нашего, они состоят в уничтожении самолюбия, сделавшегося как бы нашей жизнью (109, 116).

Самолюбие есть искаженная любовь падшего человека к самому себе. Самолюбие боготворит свой падший лжеименный разум - старается во всем постоянно удовлетворять своей падшей ложнонаправленной воле. Самолюбие выражается по отношению к ближним или посредством ненависти, или посредством человекоугодия... (109, 116-117).

Как святая любовь есть союз совершенства и составляется из полноты всех добродетелей, так самолюбие есть та греховная страсть, которая составляется из полноты всех прочих разнообразных греховных страстей (109, 117).

Самолюбие есть искажение любви по отношению к. самому себе; человекоугодие есть искажение любви по отношению к ближнему. Епископ Игнатий (Брянчанинов) (111, 261).

предыдущий материал оглавление продолжение...

 
 






Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
Православное книжное обозрение