страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Духовные стороны христианства

ТРЕЗВЕНИЕ

Трезвение - сокровенное познание Божественных Таин, исполнение всякой заповеди

Во всем нужна трезвенность, чтобы и те блага, какие, повидимому, мы имеем, не обратились нам во вред. Преподобный Макарий Египетский (33, 144).

Трезвение-это духовное художество; если долго и с постоянным усердием им заниматься, оно, с Божией помощью, совершенно избавляет человека от страстных помыслов, слов и дурных дел и дарует верное познание Непостижимого Бога насколько это возможно для нас. Трезвение - сокровенное познание сокровенных Божественных Таин, исполнение всякой заповеди Божией, приобщение ко всякому благу будущего века (67, 165).

Трезвение есть и лествица к созерцанию. Оно же учит нас направлять движения трех сил души (то есть мыслительной, раздражительной и желательной) и твердо хранить чувства. В трезвящемся ежедневно возрастают главные добродетели: мудрость, мужество, воздержание и справедливость (67, 165).

Трезвение есть утверждение помысла и стояние его у дверей сердца, так что он видит, как подходят чуждые помыслы, эти воры, скрадывающие ум; слышит, что говорят и делают эти губители, и каким образом демоны предполагают обольстить ум, увлекая его в мечтания. Если мы полюбим труд трезвения, оно очень основательно и внятно покажет искусство мысленной брани и доставит опытность в ней (67, 166).

Один способ трезвения-неотступно следить за мечтанием, или за прилогом, ибо без мечтания сатана не может устраивать помыслы и прельщать ум. Другой-хранить в сердце глубокое молчание, сделать его безмолвным для всего и молиться. Еще один способ - непрестанно в смирении призывать на помощь Господа Иисуса Христа. И еще один-иметь в душе непрестанное памятование о смерти. Все эти делания... подобно привратникам, возбраняют вход дурным помышлениям (67, 168).

Как блага, приятна, светла, сладостна и прекрасна добродетель трезвения, Тобою, Христе Боже, направляемая и человеческим умом проходимая в великом смирении. Ибо она до моря и глубины созерцаний простирает свои ветви и до рек сладких Божественных Тайн-отрасли свои (Пс. 79, 12), напояет (орошает, освежает) ум, с давнего времени палимый нечестием лукавых бесовских помыслов и неистового мудрствования плоти, которые несут смерть. Трезвение подобно лествице Иакова, на верху которой восседает Бог и по которой ходят Ангелы. Оно исторгает из нас всякое зло, отсекает многословие, злословие, оклеветание и весь список чувственных страстей, не желая и на короткое время лишиться собственной сладости (67, 177).

Как без пищи и питья невозможно жить на земле, так без хранения ума и чистоты сердца-что называется трезвением-невозможно душе достичь чеголибо духовного и угодного Богу или избавиться от мысленного греха, даже если бы кто-нибудь страхом мук принудительно удерживал себя от согрешения делом (67, 189).

Начало трезвения ума - воздержание в пище и питии, отвержение и отсечение всяких помыслов и сердечное безмолвие (67, 203).

Когда, с помощью Иисуса Христа, мы укрепимся в трезвении, тогда сначала появится в нашем уме как бы светильник, озаряющий наши мысленные стези; потом как бы луна в полном свете взойдет на тверди сердечной; и наконец-как солнце, нас озарит Иисус, сияющий правдою, то есть явивший Себя Самого и Свои всесветлые светы созерцаний (67, 203).

Не видит солнечного света родившийся слепым; так не видит сияний обильно исходящей благодати тот, кто не живет в трезвении; не освободится он также от греховных, ненавистных Богу дел, слов и помышлений. Таковые во время исхода своего не минуют князей ада (67, 166).

Трезвение есть путь всякой добродетели и заповеди Божией; оно называется также сердечным безмолвием и есть то же, что хранение ума от помыслов (67, 166).

К бодренности и углубленному безмолвию души, к дивным и; неизреченным созерцаниям, к разумному смирению, к праведности и любви ведет крайнее Трезвение и непрестанная молитва к Иисусу Христу (67, 167).

Как не следует писать буквы на воздухе, а надо их вырезать на чем-нибудь твердом, чтобы они сохранились надолго, так и с трудом трезвения нам нужно сочетать Иисусову молитву, чтобы прекрасная добродетель трезвения всегда пребывала в нас вместе с Ним и благодаря Ему вовеки в нас сохранилась. Преподобный Исихий Иерусалимский (67, 207).

Тщательно рассматривай самого себя, испытывай свои чувства, чтобы знать, какие из них приносят плод Богу и какие покоряются греху. Преподобный авва Исаия (34, 169).

Рассматривай делание каждого дня, сравнивай его с деланием предшествующего и спеши к исправлению (8, 51).

В конце дня и в конце всякого дела, телесного и духовного, прежде упокоения, наша совесть должна быть подвергнута испытанию нашего сердца. Святитель Василий Великий (8, 63).

Каждый день наблюдай, чего в тебе недостает, и не будешь в затруднении в час нужды смертной. Преподобный авва Исаия (66, 348).

Проведем строгое испытание не только своих дел, но и слов, и помышлений и строго исследуем, как проведен каждый день:

какой грех сделан в продолжение этого дня, сколько дней прожито плохо, какое движение или помышление возбудило нас к недоброму действию. Постараемся, по мере грехов своих, показать и покаяние. Наложим наказание на нашу душу и подвергнем ее укорам, чтобы, восстав от греха, страшась мучительности прежних ран, она не осмелилась снова впасть в ту же пучину. Веди в совести запись и замечай свои ежедневные грехи, пусть эта записная книжка каждый день будет открыта перед тобой. Взвешивай сам, что доброго и лукавого сделано тобою. Приводи себе на память реку огненную и горький ад, чтобы страхом мучений приумножить в себе доброе и истребить лукавое. Будем плакать прежде времени, чтобы не скрежетать зубами в свое время и не рыдать во все времена. Эта жертва угодна Богу, орошаемый этими водами человек приносит плоды, этими водами омывается плоть, этими водами угашается огонь, просветляется тьма, разрешаются узы, обращаются заблудшие, спасаются все, и Бог прославляется (27, 369).

Блажен, кто внимательно испытывал самого себя, замечал в себе многочисленные, едва приметные недостатки, ограждал себя от греха, чтобы умилосердился к нему Бог на нелицеприятном Суде Своем. Преподобный Ефрем Сирин (28, 476).

Будем внимательны к себе, и не станем осмеивать других, ибо в нас самих много такого, над чем мы смеемся в других. Преподобный Нил Синайский (48, 234).

Если ежедневно будем грешить и ранить нашу душу, никогда не вникая в это, то, как получающие телесные раны и не лечащие их приобретают неисцелимые болезни и навлекают невыносимую смерть, так и мы навлечем на себя неминуемое наказание (36, 708).

Будем бдительны и не станем безрассудно следовать обычаю других, но каждый день будем испытывать свою жизнь и смотреть:

в чем мы согрешили и что необходимо сделать доброго, чтобы быть угодными Богу (38, 225).

Не оставим без внимания даже малых грехов, но каждый день будем требовать от себя отчета и в словах, и во взглядах, и подвергать себя наказанию, чтобы избавиться от наказания в будущем веке (38, 650).

Внимай себе и отовсюду оглядывай себя: неусыпно стереги себя оком ума; ты ходишь среди сетей, враг разложил повсюду незаметные петли. Святитель Иоанн Златоуст (43, 966).

Если бы мы неизменно пребывали в страже над собою, не предаваясь пресыщению и усыплению и не оскверняя Божия образа, то есть не допуская подмены доброго семени,-то сеятель плевел не нашел бы к нам доступа и не возрастил бы в нас достойных огня плевел. Преподобный Исидор Пелусиот (50, 124).

Каждый из нас пусть рассматривает, в каком он находится состоянии. Добровольно ли действует по страсти и удовлетворяет ее; или, не желая действовать по ней, побеждается ею? Действует ли по привычке и, совершив грех, скорбит и кается, что так поступил; или подвизается против одной страсти ради другой, ибо иной молчит по тщеславию или человекоугодию... Или он начал искоренять страсть? И разумно ли искореняет ее и делает противоположное страсти? Пусть каждый знает-где он находится. Преподобный авва Дорофей (58, 122).

Блажен кто бодрствует в молитвах, чтении и добрых делах; он просветится и не уснет в смерть. Преподобный Ефрем Сирин (25, 529).

Нужно бодрствовать, наблюдать за врагом, чтобы, если он употребит какую бесстыдную хитрость, отразить его прежде чем коснется души. Преподобный Макарий Египетский (33, 336).

Внимательный и бдительный не только не терпит никакого вреда от людей, но отклоняет и небесный гнев (37, 492).

Если будем бдительны, то враги не только не повредят нам, но и принесут величайшую пользу, делая нас во всем тщательными, только бы скорбь, ими причиняемая, вела нас не к озлоблению и обидам, а к молитве (38, 788).

Строящий дом, хотя и опытен, хотя и искусен, все же стоит со страхом, боясь упасть с высоты. И ты уверовал, совершил много доброго, поднялся на высоту: держи же себя крепко, стой со страхом и смотри бодро, чтобы не упасть оттуда (45, 288).

Нужно трезвиться и бодрствовать, и быть готовыми ко всему, чтобы и в счастье быть сдержанными, и в скорбях не унывать, а сохранять благоразумие. Святитель Иоанн Златоуст (38, 13).

Внемли себе и помни, что сладостное в настоящем будет иметь горький конец, а разжжение плоти породит вечный огонь... Святитель Василий Великий (6, 41).

Блажен, кто, отрешившись от всего, внимает себе и дни свои проводит в слезах. Преподобный Ефрем Сирин (28, 200).

В сладостное делание себе избери всегдашнее бдение по ночам, которым все Отцы совлеклись ветхого человека и сподобились обновления ума. В эти часы душа ощущает бессмертную жизнь, ощущением ее совлекает одеяние тьмы и приемлет Святого Духа. Преподобный Исаак Сирин (82, 278).

Если любишь безмолвие,- не примешивай себя к тем, сердце которых всецело устремлено к суетности. Если случится нечаянно быть с ними, будь, как чуждый им (82, 27).

Друзей твоих предварительно подвергай испытанию и не своди со всеми близкого знакомства. Если заведешь обширное знакомство, не доверяй всем, потому что мир всквашен на лукавстве. В друга себе избери одного брата, боящегося Господа. И прилепись к Богу, как сын к отцу, потому что все люди, за исключением немногих, предались лукавству, земля преисполнилась суетности, попечений и скорбей. Преподобный Антоний Великий (82, 27).

Умоляю тебя: пока находишься в теле, не оставляй ни на минуту сердца твоего без хранения. До самой кончины человека страсти сохраняют способность восставать в нем и неизвестно ему, когда и какая страсть восстанет. По этой причине он, пока дышит, не должен оставлять бдительного наблюдения над своим сердцем; он должен непрестанно взывать к Богу, умоляя Его о помощи и помиловании (82, 145).

Злобные враги твои не дремлют: они неусыпно заботятся о гибели твоей. Не вознеради, не попирай твоей совести, не верь себе, что ты достиг чего нибудь, угодного Богу: ты находишься еще в стране врагов (82, 218).

Человек, пока находится в теле, никак не должен и не может доверять себе. Он не способен к неизменяемости. Необходимо ему пребывать в непрерывающемся подвиге (82, 222).

Брат! Ежедневно рассматривай себя и раскрывай сердце твое перед Богом, чтобы познать невидимые силы, живущие в сердце твоем. Нет ли в нем негодования или ненависти на брата, зависти, презрения к нему, не уничижаешь ли и не осуждаешь ли его за недостатки, которые представляются тебе в нем. Если найдешь такой яд в сердце твоем, то знай, что зараженное им, оно не может угождать Богу (82, 233).

Кто страшится геенны, тот да извергает из сердца все виды злобы, чтобы не пало на него от Господа грозное отвержение. Брат! Внимай сердцу твоему, бодрствуй над ним, потому что неимоверная злоба врагов соединена с их неимоверным коварством... (82,233-234).

Нет ничего, принадлежащего этому миру, что могло бы отлучить от любви Божией тех, которые возлюбили Бога всем сердцем и внимают себе. Внимай же себе, чтобы не вкралось в тебя что-либо враждебное и не отвлекло от любви к Богу... Преподобный авва Исаия (82, 234).

Нужно готовиться к напасти заранее, чтобы оказаться искусным, когда она придет. Авва Иперкий (82, 283).

Если не будем осторожно вести себя по внешнему человеку, то не сможем сохранить и внутреннего человека. Изречения безымянных старцев (82, 394).

Если будем внимательны к своим грехам, то не будем смотреть на грехи ближнего. Безумно оставить своего мертвеца и идти плакать над мертвецом ближнего. Авва Моисей (82, 314).

Как телохранители царя, предстоя ему, не могут оглядываться ни направо, ни налево, так и человек, предстоя Богу и ощущая страх Его, не может ни на что иное обращать внимание. Авва Серапион (82, 355-356).

Постарайся научиться молчанию, не помышляй ни о чем суетном, занимайся внимательно в страхе Божием поучением твоим (умной молитвой) и бодрствуя, и упокоившись сном. Совершая это, не устрашишься нападения лукавых. Изречения безымянных старцев (82, 394).

Будем бодрствовать! установим благое трезвение в храме духа нашего. Если будешь иметь трезвение-благоустроишь дух твой. Имеющий трезвение сделался уже храмом Божиим. Блажен бдящий при вратах мудрости! Против трезвящегося и бодрствующего не имеют никакой силы страсти. Если даже он падет по злой хитрости искусителя, то его немедленно поднимут трезвение и бодрствование его. Напротив того, невнимательный и ленивый, не пребывающий в служении Богу, если падает, увлеченный искушением диавола, не видит даже совершаемого им греха. Сердце его ожесточено, оно подобно камню, оно подобно заезженному и обузданному коню, на которого непрестанно садятся разные всадники, которым он не может противиться (82, 19).

Помышляй всегда и говори себе: "Не останусь в этом мире долее этого дня". И не будешь согрешать перед Богом. Преподобный Антоний Великий (82, 21).

Если ум не будет тщательно бодрствовать над чувствами, если не будет пребывать в трезвении, то не сможет вкусить духовного бессмертия (воскресения из смерти душевной), возносящего в славу, которую открывает Бог подвижнику, удостоившемуся этого бессмертия. Признак духовного бессмертия состоит в том, когда подвиги наши сделаются чистыми и постоянными, когда мы перестанем возвращаться к тем грехам, о прощении которых молились (82, 176-177).

Трезвись против духа" наводящего печаль: он распростирает многие сети, чтобы уловить тебя и ввергнуть в расслабление. Печаль по Богу приносит радость и утверждает человека в воле Божией (82, 200).

Господь заповедал нам нести крест... Значение (этой заповеди) заключается в том, чтобы ум непрестанно бодрствовал и пребывал в добродетели. Восшедший на такой крест да не сходит с него, то есть да пребывает в постоянном воздержании от страстей. Постоянно воздерживающийся от страстей умерщвляет их в свое время. Тогда ум воскресает в состояние непобедимости (82, 212).

Ничтожно время земной жизни, но мы обольщаемся и тратим его на пустые дела. Между тем подходит неприметно последний час, и мы подвергаемся вечному плачу. Не пренебрежем хранением сердца нашего! постоянно будем наблюдать за ним, прилагая все попечение о спасении своем и молясь непрестанно благости Божией, чтоб она помогла нам... (82, 215).

Печаль в разуме Божием, снедая сердце, удерживает чувства от увлечения грехом, а трезвение противостоит лукавым помыслам и охраняет ум от небогоугодных движений (82, 222).

Употребим все зависящие от нас средства, чтобы стяжать трезвение ума. Трезвящийся ум внимает непрестанно душе, охраняет ее от мертвых дел, от всякого дела, противного святому естеству. Непрестанное внимание душе необходимо, потому что естество ее переменчиво. Преподобный авва Исаия (82, 230).

Монаху всего нужнее иметь постоянно трезвящийся ум (82, 321).

Отврати очи твои, чтобы не видеть суеты, потому что освобождение очей убивает душу. Преподобный Пимен Великий (82, 333).

Если будешь иметь сердечное трезвение, то сможешь спастись. Авва Памво (82, 347).

Пребывай трезвенно (бодрствуя над собою) в келлии твоей, и мысленно представь себя Богу... со многими слезами, в сокрушении духа, и найдешь покой. Преподобный Сисой Великий (82, 351).

Если наш внутренний человек трезвится, то это трезвение может охранять и внешнего человека. Если же мы не имеем внутреннего трезвения (умной молитвы), то постараемся хотя бы наблюдать за языком нашим. Изречения безымянных старцев (82, 392).

"Некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон и попался разбойникам" (Лк. 10, 30). Под Иерихоном подразумевается мир, в который шел Адам, после падения своего изгнанный из рая, то есть из небесного Иерусалима, и вынужденный переселиться из страны благословенний в землю проклятия, переменив не место, но образ жизни. Ибо Адам после падения сделался не тем, чем он был прежде, когда он наслаждался совершенным блаженством; он впал в грех - "попался разбойникам". Если бы он не преступил заповеди Божией, то на него не напали бы разбойники. Эти разбойники-не кто другие, как ангелы тьмы, часто преобразующиеся в Ангелов света, в котором они не могли пребывать. Они прежде всего снимают одежду благодати, а потом наносят раны. Если бы мы сохранили это благодатное одеяние, то не претерпели бы никакого поражения от духовных разбойников.

Итак, будем беречь себя от этого обнажения. Известно, что Адам был обнажен, то есть преступив заповедь Божию, лишился небесной помощи, и лишившись одеяния веры, смертельно ранен, а в нем и весь род человеческий. Эти тяжкие раны исцелил небесный Самарянин, Который, по милосердию, не презрел попавшегося разбойникам человека, мимо которого прошли священник и левит. Здесь заметим таинственное значение этого имени. "Самарянин" - значит "страж". Это тот страж, о котором сказано: "Хранит Господь простодушных" (Пс. 114, 6). Это тот Самарянин, о котором сказано: "Никто не восходил на небо, как только сшедший с небес Сын Человеческий, сущий на небесах" (Ин. 3, 13). Он излечил человека полуживого, которого никто прежде не мог исцелить. Святитель Амвросий Медиоланский (116, 131-132).

Царь сказал философу: "Скажи мне что-нибудь из твоей философии, что было бы полезно для меня и осталось в памяти". Философ ответил: "Помни, царь, что ты человек смертный".

...Другой философ Солон, придя к своему эллинскому капищу, начертал на нем большими буквами... "Познай самого себя".

...Идол заговорил. Но что же сказал он Зенону? - "Спроси у мертвых".

...Послушаем же, что говорят мертвые: "О люди, мы некогда были такими, как вы, а вы скоро будете такими, как мы. Вы ныне живете в свободе, едите, пьете и веселитесь в сладостях мира сего. Прежде и мы так жили, а теперь мы в тесноте гробовой. Где пища? Где питье? Где веселье и мирские услады? Не лишились ли мы их? Также и вы скоро лишитесь всего этого". Кроме этого, мертвые говорят нам еще 'и нечто из Премудрости Соломоновой: "Какую пользу принесло нам высокомерие, и что доставило нам богатство с тщеславием? Все это прошло как тень и как молва быстротечная. Как после прохождения корабля, идущего по волнующейся воде, невозможно найти следа, ни стези дна его в волнах; или как от птицы, пролетающей по воздуху, никакого не остается знака ее пути, но легкий воздух, ударяемый крыльями... или как от стрелы, пущенной в цель, разделенный воздух тотчас опять сходится, так что нельзя узнать, где прошла она; так и мы родились и умерли" (Прем. 5, 8-13).

Хочешь ли уповать на богатство свое, спроси того евангельского богача, который говорил душе своей: "душа! много добра лежит у тебя на многие годы: покойся,'ешь, пей, веселись". Но Бог сказал ему: "Безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то, что ты заготовил?" (Лк. 12, [9-20). Хочешь ли сделать что-либо злое, греховное, прогневляющее Бога, спроси грешников, попавших в ад и осужденных на вечные муки. Что они скажут тебе? Посоветуют ли тебе прогневать Бога? Итак, спрашивай у мертвых и будешь разумным. Ты научишься у них разуму, привыкнешь к мудрости. Святитель Димитрий Ростовский (103, 217-219).

Церковь Христова-это корабль, спасающий нас от гнева Божия и страшного адского потока, и ты в нем находишься. Берегись же прогневать Кормчего-Христа, чтобы из этого спасительного корабля не выпасть и в вечном потоке гнева и суда Божия не погибнуть. Ибо только в этом ковчеге спасаются все, кто спасется. Видишь, возлюбленный христианин, что такое Церковь Христова, каково ее великолепие? И блаженны те, которые являются истинными ее сынами (104, 338).

Всякий человек подобен дереву, у которого изнутри от сердца исходят, как ветви и поросль, помышления злые, похоть нечистая, гнев, злоба, сребролюбие, хищение, ложь, лукавство, лихоимство, ропот, хула... И как садовник обрезает дерево, негодные ветки срезает, чтобы выросшие, они не повредили самого дерева, так нужно всякому христианину обрезывать сердце свое и срезать злые помышления, как только начнут исходить от сердца и показываться, чтобы, возрастая, они не повредили внутреннего духовного человека. Ибо как выросшие на дереве негодные ветки отнимают сок у дерева и делают его бесплодным, потом иссушают, так злые помыслы, если вначале не пресекаются, то разрастаются и внутреннего духовного человека приводят в изнеможение, делают бесплодным и душу человеческую превращают в розгу иссохшую, которая из виноградника Христова извергнется (Ин. 15, 6). Конец такой души по Писанию-сожжение (104, 341) (2, 91).

Когда находишься на чужой стороне или на дороге,-опасаешься всяких нападений злых людей. Так, или гораздо более должно нам, идущим по пути этого мира, опасаться нападения бесов, которые, как разбойники на путешествующих, особенно обремененных духовными товарами, нападают, окружают и обнажают их. К этой осторожности и бдительности призывает нас Петр, святой апостол Христов: "Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить. Противостойте ему твердою верою" (1 Пет. 5, 8-9).

Видишь птицу сидящую, осматривающуюся по сторонам и опасающуюся, как бы не уловил ее кто или не подстрелил. Подобным образом и ты должен осматриваться в мире сем, избегая сетей диавольских и его стрел. Стрелы же этого врага - гордость, зависть, сребролюбие, лихоимство, злоба, нечистота. Эти стрелы он мечет в нас и уязвляет неосторожных (104, 343-344).

Мудрые и разумные рабы бодрствуют и всегда ожидают, когда господин позовет. Христианин! подражай и ты в этом сынам века сего - бди и ожидай зова Господа твоего. Будь в этом важном деле разумен и мудр, будешь и блаженным. От этого часа зависит вечное или благополучие, или неблагополучие; тут отворится дверь к вечности или блаженной, или неблагополучной, к смерти и мучению. Видишь, как страшен этот час. Блажен бдящий и ожидающий этого часа! Бди и ты, душа моя, и ожидай этого часа, чтобы тогда с радостью запеть: "Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром" (Лк. 2, 29) (104, 214).

Берегись, возлюбленный христианин, врага и его злых духов. Они невидимо ходят около нас, и то те, то другие стрелы в нас мечут, и раскладывают у ног наших свои сети, и пытаются нас низложить и пленить. Берегись и стой твердо: но и не унывай, поскольку за нас стоит Бог, именем Которого изгоняются бесы (Мк. 16, 17). Ты только стой, вооруженный верой, берегись, крепись, старайся, молись и призывай имя Господне в нужном случае, и придет к тебе помощь Его. "Если Бог за нас, кто против нас?" (Рим. 8, 31) (104, 215-216).

Искушение бывает попущением Божиим для нашей пользы. Как, видя врага, наступающего на город, затворяем ворота и со всяким опасением храним город, чтобы, войдя, враг не разорил города и не погубил нас, или не взял в плен; так, чувствуя душевного врага в подступающих злых помыслах, нужно запирать дома душ наших, укреплять и бережно хранить, чтобы не ворвался внутрь и не разорил душевного дома. Это хранение совершается страхом Божиим и усердной молитвой. И отсюда видим, что враг всегда готов на нас напасть и погубить нас; но столько нападает, сколько сила Божия попускает ему. И так, нехотя, враг поощряет нас ко всегдашнему трезвению и бдению против него. Как частое нападение неприятелей делает осторожными граждан, так частое диавольское искушение делает осторожным и искусным христианина. Ибо в покое и безопасности люди обычно ленятся и ослабевают, но в страхе и беде бывают осторожными. Святитель Тихон Задонский (104, 216).

Без внимания и в житейском порядке ничего не сделаешь как следует; в порядке же духовном оно - прежде всего. Оно замечает худое и предает его внутреннему суду; оно же составляет стражу внутренней палаты, в которой обсуждают, что и как надлежит сделать, а потом оберегает и исполнителей решения. Не удивительно потому, что духовная жизнь во всем своем объеме именуется жизнью трезвенною, и в писаниях отеческих больше всего вы встретите речей о трезвении или внимании; это одно и то же. Как дорого поэтому обрести навык внимания! Главный труд у начавших заботиться о душе обычно на это и направляется. И дело их начинает походить немного на дело только с тех пор, как внимание начнет собираться в себя; обыкновенно оно-все вне, а не внутри. С этого же момента и внутренняя жизнь начинается, и вместе с вниманием зреет и крепнет. Что же это значит? Это значит, чтобы стоять умом в сердце пред Господом и сознательно все обсуждать и предпринимать пред лицом Его. Дело это, очевидно, сложное. Оно совершенствуется вместе с молитвой и насколько укрепляется ею, настолько и ее укрепляет (107, 212-213).

"Смотрите же за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объядением и пьянством и заботами житейскими, и чтобы день тот' не постиг вас внезапно" (Лк. 21, 34). "День тот", то есть последний день мира или каждого из нас, приходит, как тать, и захватывает, как сеть; потому и предписывает Господь: "бодрствуйте на всякое время и молитесь" (Лк. 21, 36). А так как сытость и много-заботливость - первые враги бдения и молитвы, то наперед еще указано, чтобы не допускать себя до отяжеления пищей, питьем и' печалями житейскими. Кто поел, попил, повеселился,-ложится спать, выспался-и опять за то же,у того какое бдение? Кто и день и ночь занят одним житейским, до молитвы ли тому? "Что же, скажешь, делать? Без пищи нельзя, а ее надо добыть. Вот и забота". Да, Господь не сказал: не работай, не ешь, не пей, а "смотрите... чтобы сердца ваши не отягчались". Руками работай, а сердце держи свободным; есть-ешь, но не обременяй себя пи щей; и вина можешь выпить, когда нужно, но не допускай возмущения головы и сердца. Отдели внешнее от внутреннего, и внутреннее поставь делом жизни твоей, а первое приделком; там будь вниманием и сердцем, а здесь только телом, руками, ногами и глазами: бодрствуйте на всякое время и молитесь, чтобы сподобиться безбоязненно стать пред Сыном Человеческим. Чтобы удостоиться этого, надо еще здесь, в жизни своей, всегда предстоять Господу, а для этого одно средство - непрестанная молитва в сердце, совершаемая умом. Кто так настроится-на того не найдет день тот внезапно (116,426-427).

"Не давай сна глазам твоим и дремания веждам твоим; спасайся, как серна из руки и как птица из руки птицелова" (Притч. 6, 4-5). Это правило должен взять себе в руководство всякий, кто положил теперь в сердце своем, перед лицом Господа, жить по заповедям Его. И он не должен давать сна очам - не этим, внешним, но внутренним очам ума, чтобы они пристально смотрели в сердце и верно замечали все, происходящее там, и тем давали возможность ревнителю разузнавать вражеские козни и избежать опасности от них. Сердце стало теперь поприщем борьбы с врагом. Туда он непрестанно сеет свое, отражающееся в помышлениях, которые, однако, не всегда откровенно дурны, но большей частью прикрыты мнимой добротой и правотой. Цепь всех помышлений- точно хитросплетенная сеть! Пустившийся за ними без внимания непременно запутается, и следовательно, подвергнется опасности падения. Вот почему, брат, храни око ума твоего зорким, строго внимай всему, что происходит в тебе и около тебя. Замечай, что предлагает тебе неотступный советник с левой стороны, и разбирай, для чего это предлагается тебе, куда поведет,- и никогда не попадешь в его сети. Не забудь только, что одно внимание не имеет силы,- оно хорошо вместе с трезвением, бодренностью и непрестанной молитвой к Господу. Сочетай все это - и будешь неуловим (107, 63-64).

"Итак, бодрствуйте, потому что не знаете, в который час Господь ваш приидет" (Мф. 24, 42). Бодрствовать не значит сидеть сложа руки, но, имея в мысли, что Господь внезапно придет, так себя держать и так вести свои дела, чтобы быть готовыми встретить Его во всякое мгновение, не опасаясь получить укор и осуждение. Как же это сделать? Очень просто. Ходить по заповедям, не нарушая ни одной; а случится нарушить какую,- тотчас очищаться покаянием и должным удовлетворением с своей стороны. Тогда и будет у нас все чисто. И минуты не оставляй греха на душе: тотчас кайся, плачь в сердце своем и беги к духовному отцу исповедаться и получить разрешение; а затем опять берись за дела по заповедям Божиим. Если ревностно возьмешься за то, чтобы быть исправным в жизни,-скоро исправишься, только не оставайся долго в падении. Падения при таком порядке будут все реже и реже, а там и совсем прекратятся при помощи всеисцеляющей благодати Божией. Тогда водворится радостная уверенность, что не встретишь Господа неготовым. Епископ Феофан Затворник (107, 295-296).

Внимание и умиление признаются даром Святого Духа. Только Дух может остановить волны ума, разбегающиеся повсюду (108, 148).

Желающий спастись должен так устроить себя, чтобы он мог сохранять внимание к себе не только в уединении, но и при любой рассеянности, в которую он иногда против воли вовлекается обстоятельствами. Страх Божий пусть превозможет на весах сердца все прочие ощущения, тогда легко будет сохранять внимание к себе... (108, 298).

Рассеянность, столь вредная вообще, в особенности вредна в деле Божием, в деле спасения, требующем бдительности и внимания, постоянных и напряженных (108, 373).

Желающие научиться вниманию должны воспретить себе все пустые занятия (108, 375).

Деятельность-необходимый путь к бдительности над собой, и этот путь предписывается святыми Отцами для всех, которые хотят научиться вниманию себе (108, 275).

Кто не внимает хранению ума своего, тот не может быть чист сердцем, тот не сподобится узреть Бога (109, 152).

Внимание и сокрушение духа-вот та клеть, которая дана в пристанище кающимся грешникам. Она - преддверие святилища. В ней будем укрываться и запираться от греха (109, 265-266).

Проводящему внимательную жизнь не нужно смотреть ни на что пристально, не нужно слушать ничего с особенным тщанием;

но видеть, как бы не видя, и слышать мимоходом, чтобы память и сила внимания были всегда свободными, чуждыми впечатлений от мира... (109, 269).

Истинное благодатное внимание является от умерщвления сердца для мира (112, 115).

Надо постоянно внимать себе, проверять свое поведение и душевное состояние по Евангелию... (112, 298).

Путь к достижению умиления есть внимательная жизнь (112, 374).

Проснувшись... направь мысли к Богу, принеси в жертву Богу начатки помышлений ума, еще не принявшего на себя никаких суетных впечатлений. Прочитай обычное молитвенное правило, заботясь не столько о количестве молитвословий, сколько о качестве их, то есть о том, чтобы они были совершены со вниманием... (108, 298).

После молитвенного правила... всеми силами заботясь о внимании, читай Новый Завет; преимущественно же Евангелие. При этом чтении тщательно замечай все завещания и заповедания Христа, чтобы по ним можно было направлять свою деятельность, видимую и невидимую... (108, 298-299).

Не следует обременять ум излишним чтением молитв и Писания, также не нужно упускать своих обязанностей для неумеренного упражнения молитвой и чтением (108, 299).

Озарившись при посредстве молитвы и чтения Солнцем Правды, Господом нашим Иисусом Христом, пусть исходит человек на дела дневного поприща, внимая, чтобы во всех делах и словах его, во всем существе его царствовала и действовала всесвятая воля Божия... (108, 299).

Если выпадут свободные минуты в течение дня, употреби их на чтение со вниманием некоторых избранных молитв или некоторых избранных мест из Писания, и ими снова подкрепи душевные силы, истощаемые деятельностью посреди суетного мира (108, 299).

Господь повелел проводить трезвенную жизнь, непрестанно бодрствовать и наблюдать за собою... (108, 517).

Господь заповедал нам непрестанную молитвенную бдительность над собой, называемую трезвением (112, 264)

Трезвение есть истинное смирение, сосредоточившее надежду свою в Боге, отрекшееся от всякой самонадеянности и от надежды на людей (112, 266).

Трезвение неразлучно с непрестанной молитвой: оно рождается от нее и рождает ее (112, 266).

Трезвение непременно требует физического спокойствия крови, доставляемого первоначально благоразумным воздержанием. Кровь приводится в весьма разнообразное движение страстями (112,269).

Благоразумным воздержанием доставляется неуклонное пребывание в трезвении. Неуклонное пребывание в трезвении позволяет неуклонно следовать Евангелию (112, 270).

Стяжи постоянное Трезвение, постоянное бодрствование над собой. Без строгой бдительности невозможно преуспеть ни в одной добродетели. Епископ Игнатий (Брянчанинов) (112, 417).

Рассказывали об авве Аммое: когда он ходил в церковь, то не позволял ученику идти рядом, но приказывал следовать издали. Если ученик приближался, чтобы спросить о чем-либо, Аммой, дав ответ, немедленно отсылал его от себя, говоря: "Не позволяю тебе оставаться близ меня по той причине, чтобы в беседу нашу о душевной пользе не вкралось праздное слово" (82, 66).

Блюди, чтоб не запятнать непорочности, полученной во святом Крещении. Кто согрешит, подвергшись телесному падению, или украв что, или посмотрев страстно на чужое тело, или даже если кто вкусит пищи тайно, озираясь, чтобы его не увидели, или полюбопытствует узнать, в чем состоят вещи, принадлежащие брату, тот всем этим наносит бесчестие Иисусу.- Некто возразил авве:

"Отец! неужели ничтожные погрешности, тобою упомянутые, имеют такую важность?" Авва Исаия отвечал: "Увлекающийся этими мелочами обольщен диаволом точно так же, как и тот, кто подкапывает стену, чтоб украсть деньги. Побеждающий в мелочах будет победителем и в важных случаях; побеждающийся же в мелочах будет подвергаться побеждению и в важных случаях" (82, 139).

Однажды авва Исаак сидел у аввы Пимена. В это время раздался крик петуха, и спросил авва Исаак: "Авва! Разве здесь есть петухи?". Пимен отвечал ему: "Исаак! зачем ты принуждаешь меня говорить об этом? ты и подобные тебе слышат петухов, а тому, кто трезвится, нет до них дела" (82, 321).

Примечание епископа Игнатия (Брянчаиинова): Таково свойство умного делания: им постепенно усиливается Трезвение, и созерцание, наконец, достигает такой степени, что делатель теряет сочувствие ко всему, окружающему его. Он, слыша, не слышит, и видя, не видит того, что делается вокруг.

Некоторый старец-подвижник жил в пещере и имел такое Трезвение, что всегда, на всяком месте даже вне келлии, часто проверял ум свой, говоря: "Что, где мы?" Если находил он ум свой в славословии Бога и молитве, то говорил:

"Хорошо, хорошо". Если же находил его занимающимся каким-либо посторонним предметом, то укорял, говоря: "Возвратись немедленно на дело свое". И следующее всегда говаривал себе этот старец: "Близок час отшествия моего, но еще не вижу в себе ничего доброго" (82, 435).

Поведали, что авва Аполлос имел ученика Исаака, который был обучен всякому благому делу и стяжал священное сердечное безмолвие. Соблюдал он его особенно во время приношения Святой Жертвы. Когда он шел в церковь, то не допускал никого приближаться к себе для беседы. Он держался правила:

все хорошо в свое время, и время всякой вещи под небом. Когда оканчивалось богослужение, он, как бы гонимый огнем, спешил в свою келлию. Случалось, что после Божественной службы раздавали братии по сухарю и по чаше вина, но Исаак не брал никогда - не потому, чтобы отвергал благословение братии, но удерживал в себе то безмолвие, в которое он настраивал себя во время богослужения. Постигла его болезнь, от которой он слег. Услышав об этом, братия пришли посетить его. Сидя у него, они спросили его: "Авва Исаак! почему ты уходишь так поспешно от братии по окончании богослужения?" Он отвечал: "Убегаю не от вас, но от хитрости бесовской. Если кто имеет в руке зажженную свечу и остановится с нею на открытом воздухе, то свеча угаснет:

так и ум освященного Святыми Тайнами омрачается, если он замедлит вне келлии" (82, 248-249).

Настоятель скита пошел однажды к александрийскому архиепископу. Когда он возвратился в скит, братия спросили его: "Как там, в городе?". Он сказал им: "Поверьте, братия, что кроме епископа я не видел там ни одного человека". Услышав это, они удивились и спросили: "Что же случилось со всем населением?". Пресвитер же имел в виду, что за время пути он не взглянул ни на одного человека (82, 435).

Брат попросил наставления у аввы Пимена. Старец сказал ему: "Пока котел разогрет на огне, на него не садятся ни муха, ни другие насекомые. Когда же котел остынет, тогда мухи летят в него. Подобное этому совершается и с иноком. Пока инок пребывает в духовном делании, враг не находит возможности победить его" (82, 321).

Об авве Исидоре, пресвитере, поведали: однажды пришел к нему брат и приглашал его на вечерю любви. Но старец не захотел идти и сказал: "Адам прельстился снедью и был изгнан из рая". Брат сказал ему: "Ты боишься даже выйти из келлии?" Старец отвечал: "Да, боюсь, сын мой, потому что вокруг диавол ходит, как рыкающий лев, ища кого поглотить" (1 Пет. 5, 8). Отечник (82, 245).

Авва Римлянин рассказывал: У одного старца был хороший ученик. По своей несдержанности старец выгнал его из келлии и выбросил его одежду. Брат не отходил от келлии и сидел за дверью. Старец, отворив дверь и найдя его, поклонился ему и сказал: "Отец мой терпеливое смирение твое победило мою невыдержанность. Войди в келлию-отныне ты будешь старцем и отцом, а я младшим и учеником". Древний Патерик (73, 245-246).

предыдущий материал оглавление продолжение...

 
 






Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
Православное книжное обозрение