страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Тексты, справочники и документы

Н.Е.Пестов
Основы Православной веры

Глава 6. ЦАРСТВО БОЖИЕ И ВЕЧНАЯ ЖИЗНЬ.

"Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, Единого Истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа" (Ин.17:3)

"Быв же спрошен фарисеями, когда придет Царство Божие, отвечал им: не придет Царство Божие приметным образом и не скажут: "вот оно здесь", или "вот, там". Ибо вот Царствие Божие внутрь вас есть" (Лк.17:20-21)

Когда в очищенную покаянием душу снисходит Святой Дух, то в ней водворяется Царствие Божие, которое, по словам Господа, "внутрь вас есть" (Лк.17:21)

Как пишет Иоанн Златоуст - "Найди дверь внутренней горницы души твоей, и ты увидишь, что это дверь в Царство Небесное".

Божие Царство характеризуется особым, светлым, блаженным, радостным состоянием души человека, не зависит от внешних условий жизни или состояния тела и является даром благодати Божией.

Про переживание святых, находящихся в Духе Святом, прп. Макарий Великий говорит так: "Иногда бывают они обвеселены, как бы на царской вечери, и радуются радостью и веселием неизглаголанным.

В иной час бывает, как невеста, Божественным покоем упокоеваемая в сообществе с женихом своим. Иногда же, как бесплотные ангелы, находясь еще в теле, чувствуют в себе такую же легкость и окрыленность. Иногда же бывают как бы в упоении питием, возвеселяемые и упокоеваемые Духом в упоении Божественными духовными тайнами.

Но иногда как бы плачут и сетуют о роде человеческом и, молясь за целого Адама, проливают слезы и плачут, воспламеняемые духовною любовью к человечеству.

Иногда такой радостью и любовью разжигает их Дух, что если бы можно было, вместили бы всякого человека в сердце своем, не отличая злого от доброго.

Иногда в смиренномудрии духа столько унижают себя перед всяким человеком, что почитают себя самыми последними и меньшими из всех.

Иногда душа упокоевается в некоем великом безмолвии, тишине и мире, пребывая в одном духовном удовольствии, в неизреченном упокоении и благоденствии. Иногда умудряется благодатию в уразумении чего-либо, в неизреченной мудрости, в ведении неиспытуемого Духа, чего невозможно рассказать языком и устами".

О таком же состоянии души, пребывающей в Духе Святом, говорит и современный нам подвижник - старец Силуан со Старого Афона.

"Когда Дух Святой исполнит всего человека сладостью любви Своей, тогда мир забыт совершенно и душа вся в неизреченной радости созерцает Бога; но когда душа снова вспомнит мир, тогда от любви Божией и жалости к человеку она плачет и молится за весь мир.

Предавшись плачу и молитве за мир, порожденный любовью, душа от сладости Духа Святого снова может забыть мир, и снова упокоевается в Боге; вспоминая же мир, опять в великой печали слезно молится, желая всем спасения".

Вот ощущения души, находящейся в Духе Святом. Эти ощущения и являются той особенностью, которая отличает пребывание души в Боге и в Его Царстве.

Раскрытие в душе Царства Божия начинается еще здесь на земле.

Прп. Макарий Великий говорит об этом так: "Душа еще ныне приемлет в себе Царство Христово, упокоевается и озаряется вечным светом. Воскресение умерших душ бывает еще ныне, а воскресенье тел будет в оный день".

О том же пишет Симеон Новый Богослов: "Корни Царства Небесного находятся здесь же на земле. Поэтому, если здесь еще, в настоящей жизни не внидет в душу Христос и не воцарится в ней, то не оздоровеет она, и нет ей надежды спасения, заключен для нее вход в Царство Небесное".

Очевидно, что глубина покаяния и смирения непременное условие восхищения Царства Небесного, согласно словам Господа: "... кто возвышает себя, тот унижен будет; а кто унижает себя, тот возвысится" (Мф.23:12).

О путях к Царству Небесному так пишет епископ Михаил Таврический: "Благодатная жизнь неба открывается для нас по мере свободного просветления души.

Делать душу и тело свое чистыми и святыми, возводить окружающую нас природу к ее совершеннейшим формам, просвещать всю сферу данной нам конкретной жизни, животворить ближних тем дыханием, которое мы сами получили свыше, передавать им ту радость, ту благодать, которая открылась в нас, отдавать им свою жизнь, чтобы она возродилась и зацвела в них, - короче - подражать Христу, апостолам, святителям и мученикам, - вот самый верный и надлежащий путь к Царству "не от мира сего".

Верующий в то Царство входит в самое внутреннейшее общение с окружающими его людьми, хотя часто и неведомо для них. Не помимо их он ищет того неба, к которому призван, а в них же и через них же.

Он идет к тому миру через деятельное общение с ближними мира этого, будь он в сфере мысли, дела или невидимой молитвы и любви.

То, что может казаться уединением христианина, только видимость. Он ближе к своим ближним, чем сами ближние между собой и к самим себе. Он не мечтает, а реально живет.

Он сквозь ближних же, в их собственной глубине, видит просветленный чудный мир того Царства вечной красоты, жизни и гармонии, который всегда обнимает их, но в который они никак войти не могут, если будут неудержимо скользить по блестящей поверхности этого мира, в развертывающийся перед ними ряд грандиозных внешних перспектив, забывая, что "Царство Божие внутрь вас есть".

К этому следует добавить, что старец Алексей М. запрещал своим духовным детям стремиться при жизни к сладостным духовным переживаниям или думать о наследовании после смерти райских блаженств.

Он завещал при жизни на земле стремиться лишь к полноте подражания Христу в Его смирении и кротости, в полноте самозабвения в служении ближним ("да будет вам слугою" - Мф.26-27) и к соучастию в Христовых скорбях, когда они будут посланы христианину Господом (Кол.1:24).

Так же говорил и схимонах Зосима из Троице-Сергиевой лавры:

"Кто желает Царства Небесного, тот богатства Божьего желает, а не Самого еще любит Бога".

Как пишет архимандрит (патриарх) Сергий:

"Человек, поступая в Царство Божие, поступает туда не для того, чтобы блаженствовать (если блаженство нужно и можно отделить от добродетели), а для того, чтобы быть святым. Высшее благо и добродетель - понятия между собой тождественные.

Сущность вечной жизни, а отсюда и цель ее состоит в нравственном совершенстве. Блаженство и святость праведников, с христианской точки зрения, таким образом, - понятия неотделимые одно от другого.

Таким образом, все дело спасения представляется в следующем виде: человек здесь на земле трудится, работает над собой, созидает в себе Царство Божие и чрез это теперь же начинает мало-помалу делаться причастником вечной жизни, насколько он имеет сил и способности для этого причастия.

После того, как злое начало будет окончательно изгнано, в век грядущий человек, наконец, увидит Бога лицом к лицу, будет пользоваться вечной жизнью во всей ее бесконечной полноте.

Нравственное обновление человека, таким образом, существенно связано с вечным спасением: последнее не особое какое-нибудь действие, не получение чего-нибудь нового, а только совершенное раскрытие, осуществление тех начал, которые заложены и развиты были человеком в настоящей жизни".

Как пишет прп. Макарий Великий:

"Потусторонность вечной жизни только кажущаяся. Христианин еще здесь на земле должен считать себя гражданином небесным, еще здесь на земле должен начать вечную жизнь, чтобы насколько возможно здесь же предначать и вечное блаженство...

Следовательно, если спрашивать о существе вечной жизни, со стороны душевного состояния человека, живущего ей, то сущность ее, источник присущего ей вечного блаженства, будет заключаться в святости. Человек потому будет вечно блаженствовать, что он (человек) будет святым и в общении со Всесвятым Богом".

Итак, душа может и должна еще здесь приобщиться к вечной жизни. Для этого надо почувствовать вкус к ней и ревностно искать ее доступными нам путями, помня, что "...Царствие Божие не пища и питие но праведность и мир, и радость во Святом Духе" (Рим. 14, 17).

Как говорила одна святая, что "безумие думать, что можно войти на небо, прежде чем войти в самого себя, чтобы себя познать, и не понять своего ничтожества и не почтить всю неизмеримость Божиих благодеяний и не переставать умолять о помощи и милосердии".

Понятия - "Царство Божие, Царство Христово и Царство Небесное" по существу тождественны с понятием "Вечной жизни".

Это видно из нижеприведенных слов архимандрита (впоследствии патриарха) Сергия: "Вечная жизнь, как состояние души человеческой, не зависит от условий пространства и времени, не приурочена только к миру загробному, а зависит исключительно от нравственного развития человека и, следовательно, может начаться для избранных и в здешней жизни.

Получить вечную жизнь не значит перейти из одной области бытия в другую, а значит приобрести известное душевное расположение. Вечная жизнь, таким образом, не получается, а постоянно растет в человеке".

Поэтому и возможно молить Бога: "Да будет сердце мое доброю для Тебя землею, приемлющее в себя доброе семя, и благодать Твоя да оросит меня росою вечной жизни" (Ефрем Сирии).

Здесь следует оговориться, что понятие "вечности" отнюдь не следует отождествлять с понятием "бесконечность" Мы не можем иметь представлений о будущей загробной жизни: ее понятие для нас, как говорят философы, является "трансцендентальным", т.е. мало доступным разуму. При ограниченности нашего лексикона, мы заменяем это понятие "вечностью",

О недоступности для нашего разума понятия вечности и сущности загробной жизни так пишет о. Александр Ельчанинов:

"Почему Церковь молчит о загробном мире? Человек живет, мыслит и чувствует в условных формах пространства и времени. Вне этих форм мы не можем ни мыслить, ни говорить.

Потустороннее живет иными формами. Если будем говорить о нем, мы будем говорить плотским языком. Вот откуда целомудренное молчание Церкви".

Поэтому следует иметь в виду, что вся терминология, относящаяся к потустороннему миру и к Царству Небесному должна пониматься не буквально, а аллегорически-условно: это относится к таким терминам, как "вечность", "Престолы", "огонь вечный" и т.д.

Из определения понятия "вечность", приводим мнение о ней схиархимандрита Софрония.

"Вечность - единый непротяженный, непостижимый полноты акт Божественного бытия, который будучи надмирным, непротяженно объемлет все протяженности тварного мира. Вечность по существу - Единый Бог. Вечность не есть нечто отвлеченное или отдельно сущее, но Сам Бог в Своем бытии.

Когда человек по благоволению Божию получает дар благодати, то он, как причастник Божественной жизни, становится не только бессмертным, в смысле бесконечного продолжения его жизни, но и безначальным, ибо та сфера Божественного бытия, куда он возведен, не имеет ни начала, ни конца...

Здесь мы имеем в виду не предсуществование души, но приобщение нашей тварной природы безначальной Божественной жизни в силу обожения твари благодатным действием".

Итак, живя в теле на земле, христиане имеют возможность уже здесь приобщиться к жизни в вечности. Вот как пишет об этом Н.:

"В нашей земной жизни все мы, христиане, призываемся постоянно переключаться с потока времени (суеты и забот мирских) на поток вечности (жизнь в Боге и с Богом).

Плывя одновременно в двух потоках, мы должны острее чувствовать всю опасность первого и всю необходимость и спасительность второго. Жизнь в потоке вечности это не только преодоление времени, с его изменчивостью, неустойчивостью и томлением духа, а и полнота духовного бытия".

Следует заметить, что наше психологическое ощущение времени совершенно не связано с математической точностью движения часовой стрелки. Как пишет архиепископ Иоанн - "то, что мы принадлежим не ко времени, а к вечности, это ясно видно из того, как изменяется, расширяется или суживается наше сознание времени. Время иногда "летит" как ангел по небу; иногда, как демон, падает в бездну; иногда оно ползет, как расслабленный, или лежит у купели, не видя ни Господа, ни даже человека, который ввел бы его в Жизнь" (Ин.5:2-9).

© Издательство "Елеон", Москва, 1999
 






Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
Православное книжное обозрение