страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Святоотеческое наследие

Епископ Никодим (Милаш)
Толкование на правила святаго второго вселенского собора, константинопольского

1 2 3 4 5 6 7

Правило 4.

О Максиме Кинике, и о произведенном им безчинии в Константинополе: ниже Максим был, или есть епископ, ниже поставленные им на какую бы то ни было степень клира: и соделанное для него, и соделанное им, все ничтожно.

Подробности о Максиме и о беспорядках, произведенных им в церкви, находим в жизнеописании Григория Назианзина [90], в стихах самого Григория Богослова о своей жизни [91] и в истории церкви Созомена [92]. Максим родился в Александрии от благочестивых родителей в половине IV века; принципиально принадлежал к философской школе циников и по строгости своей жизни успел приобрести себе известность у современников [[93]. Среди прочих, он сумел склонить в начале на свою сторону и самого Василия Великого, восхваляющего его в одном из своих писем. В высшей степени лукавый и до низости честолюбивый, он выдавал себя за строгого ревнителя православия и даже исповедника веры [94]. Иероним упоминает об одном сочинении Максима - De fide adversus Arianos liber, которое он передал в Милане императору Грациану [95]. Успев хитростью приобрести себе расположение александрийского епископа Петра, он выхлопотал у него письмо, в котором последний рекомендует его верным Константинополя, куда он вскоре и отправляется. В Константинополе Максим находит Григория Назианзина, которого настолько очаровывает своими словами и поведением, что тот принимает его в свой дом, приглашает к трапезе, крестит его, мало-помалу вводит его в свой клир и дает ему после себя первое место в константинопольской церкви. Однако этим не было удовлетворено честолюбие Максима, злоумышлявшего удалить Григория из Константинополя и занять его епископскую кафедру. С этим намерением он посылает письмо и деньги в Александрию с просьбою прислать в Константинополь двух или трех епископов, которые бы, могли рукоположить его на место, занимаемое Григорием. В Александрии отозвались на его просьбу и тотчас же были посланы два епископа. Как только явились в Константинополь египетские епископы с полномочиями от Петра Александрийского, тотчас же должно было совершиться рукоположение Максима, и, несомненно, совершилось бы, если бы верные, узнав об этом и придя в ярость против наглого узурпатора, не изгнали его из церкви вместе с епископами. Однако, Максим не успокоился, но вместе с египетскими епископами удалился в дом некоего музыканта (in choraulae cujusdam aedibus), где и совершено было над ним незаконное рукоположение, "впрочем, - замечают по этому поводу Вальсамон и Зонара, - от этого злодеяния он не мог иметь никакой пользы" [96], так как никто не хотел и не мог признать его епископом, кроме нескольких его приверженцев и врагов Григория Назианзина, которых он поторопился рукоположить в различные степени клира. Возмущенный народ принудил его уйти из Константинополя и возвратиться опять в Александрию; но так как и там он начал бунтовать народ и составлять партию против Тимофея, епископа александрийского, а также рукополагать без разбора, то был изгнан декретом префекта [97]. Против этого Максима и издано было Константинопольским Собором данное правило, причем было постановлено, что Максим не может считаться епископом, так как рукоположение его было противозаконно, а таковыми должно считать и все совершенные им рукоположения, потому что он не имел никакой власти совершать их. "Когда впоследствии обнаружилось, что Максим, кроме того, был еще и последователем аполлинариевой ереси, то он был предан анафеме", добавляет в своих толкованиях к данному правилу Вальсамон [98]. Следовательно, как говорит и Беверегий в своих замечаниях к этому правилу, было две причины, в силу которых Константинопольский Собор издал относительно Максима данное предписание [99]. Во-первых - то, что Максим употребил деньги для того, чтобы получить от епископа александрийского Петра константинопольскую епископскую кафедру, о чем свидетельствуют как Зонара и Вальсамон в своих, уже вышеупомянутых нами комментариях, так и схолиаст Арменопул, который говорит: "Этот Максим, цинический философ, крещенный Григорием Богословом, был с помощью денег рукоположен некиими во епископа Константинополя" [100]. Другая причина та, что он не был поставлен епископами той же области, но посторонними епископами, прибывшими из Египта. Оба проступка были нарушением двух правил (4 и 6) Никейского Собора: первое предписывает всем областным епископам посредственно или непосредственно участвовать при поставлении епископа, тогда как в данном случае они не только не участвовали в нем, но даже были против; а второе предписывает считать недействительным всякое рукоположение, совершенное без ведома подлежащего митрополита. Что же касается Максима, то он не только не был поставлен ираклийским митрополитом, которому тогда подчинялся константинопольский епископ, но названный митрополит не выразил на это даже и своего согласия. В силу этого рукоположение Максима должно было считаться противозаконным, а следовательно, и недействительным, и эта недействительность и подтверждается данным правилом.

Поведение римской церкви в данном вопросе было не совсем безукоризненно. Получив в Константинополе от египетских епископов рукоположение, Максим тотчас же сообщил письменно епископам Италии о своем рукоположении, посылая им при этом письмо Петра Александрийского в подтверждение своего единения с александрийской церковью. Итальянские епископы, собравшиеся в то время на собор в Аквилее, прочитав письмо Максима, приняли его в свое общение тем охотнее, что недоброжелательно относились к Григорию из-за его славы и считали якобы незаконным его поставление на константинопольскую кафедру. Кроме того, по извержении отцами собора Максима и избрании на его место Нектария, отцы западного собора, получив об этом извещение, торжественно отказались признать Нектария и обратились с письмом к императору Феодосию, прося его предписать восточным епископам явиться на собор в Рим для решения вопроса о Нектарии и о Максиме [101]. "Удобный случай, - замечает по поводу этого Petrus de Marca, - на который с жадностью (avide) набросились западные епископы с Дамасом во главе, чтобы распространить свою власть и на константинопольскую кафедру" [102].

По-видимому, Дамас осудил в начале избрание Максима, по крайней мере об этом можно судить из двух писем, отправленных им Асхолию, епископу фессалоникскому; но впоследствии, когда, ему показалось, что этим случаем можно воспользоваться для поднятия авторитета римской кафедры, он опять перешел на сторону Максима и начал защищать его избрание против Нектария. На востоке поступили в то время сообразно требованию тогдашнего положения вещей, и вместо того, чтобы удовлетворить желание папы и помочь ему в достижении его намерений, епископы собрали сами собор и утвердили избрание Нектария, после чего император отправил своих послов в Рим с тем, чтобы сообщить там решение собора, которое бы они благоволили принять к сведению [103]. Следствием этого было то, что Дамас и итальянские епископы, хотя и против води, вынуждены были отречься от своих намерений и признать решение собора [104].

Примечания:
90. Gregorii presbyteri de vita Gregor. Nazianzeni. Cp. Vita S. Gregorii theologi [Migne, s.g., t.35, col.244-304].
91. Gregor. Nazianz., Orat.XXVI (al.XXVIII) [Migne, s.g., t.35, col.1228 и далее].
92. Sozom., Hist. eccl. VII,9 [Migne, s.g., t.67, col.1436-1440].
93. Философия циников возникла после смерти Сократа. Ее основателем был Антисфен. В начале последователи этой философии назывались по Антисфену - антисфеновцами, но впоследствии за свой образ жизни ("за наглость, дерзость и бесстыдство", см. Аф. Синт. II,177) были названы циниками (киниками - от слова κύων, собака).
94. Sozomen., упом. место.
95. Ср. Cave, упом. соч., р.176.
96. Аф. Синт., II,177.
97. Ошибочно пишет Феодорит (Hist. eccl. V,8), что Тимофей настаивал на поставлении Максима на константинопольскую кафедру, ибо доказано, что это был не Тимофей, а Петр, предшественник Тимофея. Ср. Valesii, Annotat. in Hist. eccl. Theodoret. lib.V, c.8 [Migne, s.g., t.82, col.1209-1212].
98. Аф. Синт., II,177.
99. Σ. sive Pandectae, II,Annot. in h. can., p.96.
100. Hic Maximus... interveniente pecunia Constantinopolis episcopus a quibusdam est ordiuatus. Const. Harmenopul., Epitome s. canonum. Sect.I, tit.8, Cp. Leunclavii, Jus graeco-romanum, I,16.
101. V. Valesii, Annot. in Sozom. hist. eccl. VII,9 [Migne, s.g., t.67 col.1436-1440]. Cp. Hefele, Conciliengeschichte, II,20,30.
102. De concordia sacerdotii et imperii, lib.V, c.21, n.6.
103. Theodoret., Hist. eccl. V,9 [Migne, s.g., t.32, col.1212-1218]. - Cp. P. de Marca, упом. место.
104. Tunc fractae sunt graves illae concilii italici minae de quibus paulo ante dicebamus; pacatoque Damaso, pacata est etiam Italia - заканчивает свой рассказ об этом P. de Магса в упом. соч., num.10. Ср. Vаlеsii, Annot. in cap. cit. Sozomenis Historiae eccl. - Beveregii, Σ. sive Pandectae, II, Annot. in h. can., p.96-97.

Правила Православной Церкви с толкованиями епископа далматинско-истрийского. Перевод с сербского. Издана впервые в России в 1911-12 годах. Переиздана Свято-Троице Сергиевой Лаврой в 1993 году.
Сканирование и подготовка текста выполнена
чтецом Владимиром Радаевым.
 






Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
Православное книжное обозрение