страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Святитель Филарет (Дроздов)

Слово на день памяти Преподобного и богоносного отца нашего Сергия Радонежского, чудотворца (об истинном насыщении [1])

Говорено в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре 25 сентября 1825 г.

Блажени алчущии ныне, яко насытитеся Лк.6,21

Является необыкновенный Учитель, собирается необыкновенное множество слушателей, преподается необыкновенное учение - не довольно ли уже сего для многих, чтобы возжелать, хотя пять слов из сего учения услышать и выразуметь? Иисус Христос - необыкновенный Учитель для тех, которые менее знали Его, бе бо уча их яко власть имея, и не яко книжницы и фарисее (Мф.7,29), а для нас, более знающих Его, единственный, Божественный Учитель, в Нем же суть вся сокровища премудрости и разума сокровенна (Кол.2,3), изшед с апостолами, как повествует евангелист Лука, ста на месте равне, и народ ученик Его, и множество много людей от всея Иудеи и Иерусалима, и помория Тирска и Сидонска, иже приидоша послушати (Лк.6,17-18). Примечайте: не только иудеи и иерусалимляне оставили город, храм, священников, книжников, фарисеев, и пришли в пустое место слушать Сына тектонова, о Котором не знают, како Сей книги весть не учився (Ин.7,15), но и жители приморской страны Тирской и Сидонской, сие смешение самарян и язычников, люди, как описывает их пророк, сидящие во тьме (см.: Ис.9,1-2), восстали от тьмы своей и пришли туда, где показался Свет, сияющий во откровение языком (Лк.2,32). И что же открывает Свет сей? Какое учение преподает сей Учитель? Он преподает науку о блаженстве, которой достоинство и необходимость может понять последний из неведущих и в которой первейшие мудрецы мира всегда оказывали очень малые успехи. Возможно ли, чтобы кто в самом училище такого Учителя не радел о таком учении?!

А нет ли нерадящих? Нетрудно приметить, потому что, если бы каждый тщательно внимал учению столь совершенного Учителя, как Иисус Христос, не было бы причины, почему бы не уразумел оного каждый достаточно; уразумев, без сомнения, каждый охотно принял бы оное; приняв, исполнил бы делом; исполнив, обрел бы плод учения и дела, то есть блаженство, и, следственно, не было бы злополучных, не было бы недовольных. Они есть между нами - следственно, есть кому начинать учиться у Иисуса Христа науке блаженства.

Совершившийся ученик совершенного Учителя и образ Его для нас, учеников твоих! И тебе, кроме народа ученик твоих, предстоит множество много людей, ближних и дальних, пришедших от градов и весей, чтобы видеть делом явленный успех твой в науке блаженства, чтобы наблюдать твои следы и поучаться от тебя путям блаженства, чтобы прикасаться тебе и от избыточествующей в тебе силы блаженства причащаться во исцеление (ср.: Лк.6,17-18) бедствующих душ и телес недугующих. Но ты не отверзешь ныне уст своих учити нас. Ходатайствуй о нас пред Учителем, дабы Он, как некогда, пятью хлебами, принятыми от рук ученических, напитал пять тысяч - так ныне пятью собственными Его словами чрез недостойные рабские уста подай живую пищу сему многому множеству людей, алчущих блаженства.

Блажени алчущии ныне, яко насытитеся. Кто суть сии алчущие ныне, которые насытятся, и насытятся так, что с тем вместе блаженны? Ибо много видим и знаем алчущих ныне, которые и еще алкать будут и, по роду алкания насытясь, еще не будут блаженны.

Алчет нищий, доколе благотворительная рука не подаст ему пищи. Бедствует он, доколе алчет, но не блаженствует еще и тогда, когда насытится. Не нужно много рассуждать, чтобы увериться, что и будущее духовное блаженство не может быть плодом и наградою сего невольного телесного алкания, если не присоединится некоторое и свободное расположение, которое дает оному силу и достоинство. Алчет постник, и видно, что сему алканию последует некое тайное, более или менее блаженное насыщение, когда сим образом алчущии ныне с охотою остаются еще алчущими заутра и далее и когда, вместо того что ядущие пищею подкрепляют свое тело на краткое время, постящиеся постом утучняют, по выражению пророка, кости (Ис.58.11) свои навеки. Но да не соблазнятся любители поста, который и я почитаю вместе с ними, - да не соблазнятся, когда скажу, что и пост не составляет всего алкания, которому Иисус Христос обещает вечно-блаженное насыщение, но токмо часть оного, а иногда и совсем к оному не принадлежит. Ибо не видим ли между постящимися людей, которые пребывают в алчбе поста и алчут продолжать алчбу сию, но, конечно, далеки еще от истинного насыщения, когда или питают себя тщеславием, помрачают бо лица своя, как обличает их Сердцеведец, яко да явятся человеком постящеся (Мф.6,16), или снедают домы вдовиц (см.: Мф.23,14), или даже человеков снедают подозрением, и клеветою, и гневом, и завистию, и злобою.

Не одно тело алкать может. Есть алкание души, и может для нее быть пища более или менее насыщающая. Воля алчет исполнения или успокоения желаний, ум жаждет познания. Сколько и в сем роде алчущих ныне, которые, однако, не насыщаются и не блаженствуют.

У многих душевный глад и вкус воли бывает подобен (так как он и дает направление) телесному гладу и вкусу роскошного. Сперва он и жаждет так, что ищет удовлетворить необходимому требованию тела, утолить глад и жажду. Потом без нужды вымышляет разнообразные требования вкуса и опять алчет и жаждет, чтобы удовлетворить сим требованиям. Наконец, когда и глад и жажда утолены потребным и вкус притуплен излишним, пресыщенный вновь алчет и жаждет, так сказать, самого глада и жажды, чтобы они пришли и опять принесли ему возможность насыщаться и пресыщаться. Так воля человеческая, алчущая ныне, но не так, как учит Иисус Христос, поколику она и насыщения требует непременно ныне же от настоящего тленного мира, не знает сытости. От естественного и существенного ей глада, или желания блага, приходит она к произвольным требованиям и разнообразным прихотям и, удовлетворяя им всегда неудовлетворительно, то пресыщением повреждает душевный вкус, то избытком глада снедает самую душу. Что же наконец будет с самоугодниками всякого рода, питающими страсти, удовлетворяющими похотям, когда сей преходящий мир, из которого заимствуют они ложное насыщение неправильных желаний, прейдет невозвратно, когда ныне кончится и останется присно? Когда, следственно, только желания непреходящей души останутся, а тленная пища их исчезнет? Что иное и может быть, как разве предсказанное: Горе вам, насыщенныи ныне, яко взалчете (Лк.6,25).

Воздержание ума еще менее почитается обязанностью, нежели воздержание воли. Жажда познания без дальнего рассмотрения приемлется не только за естественное и невинное, но даже за благородное чувствование. И как роскошь чувственная оказывает какое-то уважение ум помрачающему вину, в сравнении с очищающею оный водою, так нередко роскошь ума с пренебрежением проходит мимо чистых источников израилевых и с жадностью принимает из рук любодейцы вавилонской, ложной мудрости мира, чашу, из которой сия от вина ярости любодеяния своего напоевает вся языки (см.: Откр.14,8). Наше время видело, и не к блаженству своему, кажется, еще видит жаждущих так называемого просвещения, которые из чаши сей пьют вино сперва духовного любодеяния, приемлют учение, которое приводит в забвение священные отношения человека к Богу и вводит противное чистому закону нерастленного ума смешение истины с ложью, зла с добром, нравственности со страстями, духовного с чувственным, потом пьют вино любодеяния даже чувственного, поелику от нечистых понятий естественно происходят нечистые чувствования, и растленное учение сопровождается развратною жизнью; и в которых, наконец, сие вино любодеяния, в высшей степени упоения превращается в вино ярости, поелику обуявшие от ложного просвещения, подобно пьяным, не любят быть в покое, но с мечтательною мыслию преобразования все хотят ниспровергнуть и разрушить и нездравую жажду просвещения, от неестественного пития превратившуюся у них в другую, еще более неистовую жажду быть просветителями, не умеют угасить иначе как слезами и кровью людей и народов.

Господи, Наставниче блаженства! Как много уже мы видим алчущих ныне, в которых не усматриваем ни признаков истинного насыщения, ни надежды блаженства! Но еще не находим тех алчущих ныне, которым Ты, верный в обещаниях Своих, обещал насыщение и блаженство. О! Если бы Ты Сам показал нам их, чтобы нам было можно узнать их и легко и непогрешительно! В самом деле, братия, Господь Сам изъясняет слово Свое об алчущих ныне и прямо указует нам их, когда говорит негде: Блажени алчущии и жаждущии правды, яко тии насытятся (Мф.5,6). Теперь видите алчущих и жаждущих, которым обещаны истинные насыщение и блаженство, - это алчущие и жаждущие не пищи и пития, не самоизобретенных удовольствий чувственных, душевных, мысленных, но алчущие и жаждущие правды.

Теперь в изречениях Господних об алчущих можем различить два главных наставления в отношении к блаженству. Во-первых, наставление о средстве к блаженству - сие средство есть правда. Во-вторых, наставление о способе пользоваться сим средством для блаженства - сей способ есть алкание.

Здесь вновь может потребоваться изъяснение того, что есть правда. Сие изъяснение можно найти в словах, которыми евангелист описывает блаженных Захарию и Елисавету. Беста, - говорит, - праведна оба пред Богом. Но что значит праведна? Объясняет: Ходяща во всех заповедех и оправданиих Господних беспорочна (Лк.1,6). Итак, под именем правды, должно разуметь все, что делается по заповедям Господним - одним словом, добродетель.

Желаешь ли блаженства? Для сего нужна тебе правда, или добродетель. Не имать во блаженный град Божий внити всяко скверно, и творяй мерзость и лжу (Откр.21,27). Жизнь вечную иметь могут только исполнившие заповеди Божии: Сотворивый та человек жив будет в них (Гал.3,12). Так должно по правде Живого Бога, Которому не прилично было бы допустить в причастие собственной Его вечной жизни непокорных и противящихся воле Его, - собственной, говорю. Его жизни, ибо Един Он собственно имеет безсмертие (см.: 1Тим.6,16), а все прочие существа имеют жизнь и бессмертие только по причастию Его жизни и блаженства. Так должно по свойству самой жизни вечной, ибо жизнь вечная не может быть иная, как духовная, так как плоть и кровь Царствия Божия наследити не могут, ниже тление нетления наследствует (1Кор.15,50), и, как всякой жизни свойственна своя пища, пища жизни духовной опять не может быть иная как духовная. Какая именно? Узнайте сие от Того, Который есть Начальник и Образ духовной жизни между человеками. Мое брашно есть, - говорит Он, - да сотворю волю Пославшаго Мя и совершу дело Его (Ин.4,34). Спросите ли также и о питии? Узнайте и о сем от Него же: Иже пиет от воды, юже Аз дам ему, не вжаждется во веки; но вода, юже Аз дам ему, будет в нем источник воды текущия в живот вечный (Ин.4,14). Вода же, которую Он по сему обещанию действительно дал жене самарянской, была учение духа и жизни. Итак, учение правды есть учение духовной жизни; дела духа, исполнение правды есть пища духовной жизни; в сем душа обретает духовное насыщение, в духовном насыщении - вечное блаженство.

Впрочем, по рассуждении, без труда, как должно думать, всякий согласится признать правду или добродетель соответственным средством для блаженства. Большее затруднение представляется в том, как употребить сие средство и даже можно ли употребить оное. Слышим строгий суд апостола, который есть также суд самой правды и суд Божий: Иже весь закон соблюдет, согрешит же во единем, бысть всем повинен (Иак.2,10). Кто не согрешает более, нежели во едином? Кто потому не есть повинен всем заповедям? Кто же имеет правду? Кто найдет ею блаженство?

Согласимся, что затруднение сие для нас непреодолимо, но согласимся для того, чтобы тем с большим тщанием обратиться к наставлениям Божественного Учителя блаженства. Указав нам правду как средство блаженства. Он показывает и способ, как воспользоваться сим средством, которого употребление нам кажется столь ненадежным. Сей способ называет Он алканием: Блажени алчущии.

Алчущим называется тот, кто не имеет пищи и кто желает ее. Лишение пищи и желание пищи составляют алкание. Посему алкание правды есть такое расположение духа человеческого, в котором он признает себя лишенным правды и чувствует, что не имеет ее, но в то же время желает ее так, как алчущий желает пищи, без которой жить не может. В сем состоит способ употреблять правду как средство блаженства, хотя между тем и то правда, что мы правды не имеем и не в силах иметь ее. Как известностью того, что мы не имеем пищи, изощряется чувство глада или алкание пищи, так сознанием того, что мы не имеем правды, изощряется желание правды. В телесном порядке усиленное алкание пищи не может доставить самой пищи, поелику здесь над самыми желаниями господствует закон внешней необходимости, но в порядке духовном усиленное желание правды может привлещи самую правду, поелику здесь господствует закон свободных желаний, поелику здесь не столько глад ищет пищи, которая бы напитала его, сколько живая пища ожидает глада, который бы принял ее. Хотите ли видеть, как живая духовная пища сама приходит к алчущим? Хотите ли слышать, как она призывает их к себе, что бы напитать их? Слышите: Аз есмь хлеб животный; грядый ко Мне не имать взалкатися, и веруяй в Мя не имать вжаждатися никогдаже (Ин.6,35). И еще: Аз есмь хлеб животный, иже сшедый с небес: аще кто снесть от хлеба сего, жив будет во веки (51). Кто истинно алчет правды, тот найдет хлеб сей по вкусу себе и не отречется вкусить его; хлеб же сей укрепит сердце человека (см.: Пс.103,15) и силою правды, которой он алкал, исполнит его. Ибо сей чудесный хлеб есть Тот, Которому еще пророки нарекли имя: Господь правда наша (Иер.23,6) - и Который самым делом бысть нам премудрость от Бога, правда же и освящение и избавление (1Кор.1,30). Алкайте сего Хлеба или то же иначе: грядите к Нему, веруйте в Него, снедайте от Него - и вы будете вечно насыщены или, иначе, вечно блаженны. Если так вы алчете, то блаженни вы, алчущие ныне, яко насытитеся, или будете насыщаемы присно.

Господи, Хлебе животный, алчущее и не имеющее собственной пищи существо наше питающий сокровенно и неисповедимо Божественною Твоею силою, видимо же плотию и кровию Твоею, мысленно же словом правды Твоея, которое также есть хлеб жизни, по реченному Тобою: Не о хлебе единем жив будет человек, но о всяцем глаголе, исходящем изо уст Божиих (Мф.4,4). Се дерзнули мы преломить сей мысленный хлеб братии нашей, но Ты Един можешь благословить и умножить крупицы, взятые нами от неистощимой трапезы Твоей, и напитать каждого по его потребе. Сотвори сие со всеми нами. Если кто из нас алчет только плоти и мира и от них думает насытиться, угаси в нас сие грубое и ненасытимое алкание и возбуди чистое и спасительное алкание Тебя Единого и правды Твоея. Если кто мнит себя нечто быти и хочет быть доволен своею правдою или добродетелью, вразуми его, что Ты не пришел взыскать праведных и насытить насыщенных, что мнимое насыщение наше от собственных наших дел есть только притупление истинного вкуса духовного, которое нужно врачевать алканием Тебя и Твоея правды. Если же кто воистину и паче всего верою алчет правды и Тебя, единственная правда наша, тому подай и сладкое насыщение надеждою, и паки здравое алкание любви, ибо, как Ты весь сладость, то ядущии Тя еще взалчут, и пиющии Тя еще вжаждутся (Сир.24,23); насыщуся совершенно, внегда явитимися славе Твоей (Пс.16,15). Аминь.

Примечание:
1. Название слову дано составителем. - Прим. ред.

© Святитель Филарет, митрополит Московский и Коломенский. Да подражаем его вере. - М.: Издательский Совет Русской Православной Церкви, 2002
 






Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
Православное книжное обозрение