страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Святитель Филарет (Дроздов)

Мысли о нашем веке

Радиостанция "Радонеж". Эфир 25.11.02 г.

Дорогие братия и сестры! Многие святые и подвижники Православной Церкви духом предчувствовали наступление времени скорбей и болезней, развращения нравов и гражданских нестроений, которые Господь попустит по причине оскудения в людях любви, преобладания мирского над духовным и постепенного забвения Божественных заповедей.

Предлагаем вам выдержки из писем великого Святителя Русской Церкви, св. митрополита Филарета (Дроздова), где он касается вопросов, связанных с духом нашего времени. Мысли великого Архипастыря проникнуты не только тревогой о грядущем, но и надеждой на милость Божию к падшему во грехи человечеству. Нам они кажутся актуальными и сегодня, когда все, написанное «русским Златоустом», не только сбывается, но сбывается в сугубой мере. Дай Бог, чтобы благочестивый читатель, проникнутый чувством ответственности за происходящее, принес посильные плоды покаяния и молитвы. Орфография писем Святителя сохранена, согласно первоисточнику.

Наш век

  • Усиленное стремление к преобразованиям, неограниченная, но неопытная свобода слова и гласность произвели столько разнообразных воззрений на предметы, что трудно между ними найти и отделить лучшее и привести разногласие к единству. Было бы осторожно как можно менее колебать, что стоит, чтобы перестроение не обратить в разрушение. Бог да просветит тех, кому суждено из разнообразия мнений извлечь твердую истину.
  • Век сей так страстен к безпорядку и вздору и так забыл первые начала здравого смысла и приличия, что между ревностью строгой, которой он не помышляет и не переносит, и между недостатком ревности, преступным против истины, трудно пробираться тропинкой ревности терпеливой.
  • Век, сделавшись худ, легче верит худому, нежели доброму, и особенно там, где доброе должно быть примерным.
  • Дело Божественное хотят подчинить закону развития, взятому от дерева и травы. И если хотят приложить к христианству закон развития, как не вспомнят, что развитие имеет предел? Из земли выходит былинка, потом она становится деревом, растет, дает цвет—плод, развитие кончилось; следует постоянная жизнь плодоношения, потом старость и разрушение. Семя веры посеяно в начале мира, росло века, процвело и принесло плоды в открытии христианской Церкви, за сим и по закону развития должна следовать постоянная жизнь плодоношения, и если не сохраним живого дерева, иные ветви отломятся, увянут, засохнут, или полуотломленные будут зеленеть полужизненно, доколе живое дерево превратится в древо очевидно райское, а вялое, сухое, умершее посечется и во огонь вметнется.
  • В наше время мы много хвалимся и не довольно каемся. А время советует меньше хвалиться и больше каяться.
  • Ученик пророка Иеремии Варух скорбел о своих личных несчастиях. Господь повелел Иеремии сказать Варуху: се яже Аз насадил, Аз разорю; и ты ли взыщеши великих? Не ищи. Вот Иерусалиму угрожает разрушение, народу Божию плен: скорби об обещанном, и пред сим не почитай великими твоих личных несчастий.
  • Когда Варух тосковал об отечестве и о себе, Господь сказал ему чрез Иеремию: се, яже Аз соградих, Аз разорю. Какое страшное решение. Господи, не разори. Порази елико сие заслужили, но сохрани Твое в небе. Потряси землю, чтобы мы пробудились, чтобы возопили к Тебе, чтобы Ты услышал наш вопль покаянный и чтобы не до конца прогневался на небе.
  • Наши изуродованные суетой обычаи, не исправляемые и грозным временем, угрожают более, нежели внешние враги.
  • Мне кажется, что дела наши не к золотому веку ведут. Кто-то говорит, надобно молиться, чтобы гроза не застигла нас, не предохраненных, не окончивших и, может быть, не начавших дела, рассеянных вне и не собравшихся внутрь. Мне сие слышится и, однако, дремлется. Пошлите мне петела Петрова будить меня.
  • Мне и вечерняя заря нынешнего, и утренняя наступающего года не покажется светлой. Облака темнеют, наносится дальний гул грома, громоотводов или нет, или их ломают. Волны восходят, Иисус же спаше. Восстани, Господи, запрети волнам и разжени тучи.
  • Век сей лукав, чистому добру неохотно верит; случаи к нареканию и клевете ловит жадно; жалом насмешки, даже неосновательной, язвит иногда не без вреда успехам добрых предприятий.
  • Что делать при видах века сего? Счастлив, кто может иметь дерзновение сказать с апостолом: Желаю разрешитися, и со Христом быти. Но и он не настоял на сие желание. Потерпи Господа, — говорит пророк.
  • Непокойный век умножает дела.
  • Дивлюсь я нередко нынешнему времени, в которое люди, при возрастающей, по-видимому, образованности, оказываются не так осмотрительными в поступках, как в прежнее время; и даже те же люди, при возрастающей опытности, являются менее основательными, нежели за несколько лет. Это примечается и в малом, и в великом.
  • Братия, да внимаем и времени сему, чтобы возбуждать себя от небрежения и дремания. Шатаются языцы. Людие поучаются тщетным. Из христианских обществ исходят мужие, глаголющии развращенная. Безрассудные хуления провозглашаются как мудрость. Соблазн и беззаконие открывают себе широкие пути. В таких обстоятельствах особенно требуются живые жертвы, — за себя и за других, подвизающияся в покаянии, молитвах и исправлении. К нашему званию паче других простирается сие требование.
  • Видите, до чего мы доживаем. Когда говорится некоторым, могущим не только слышать, но и действовать, для чего охранители не единодушны и не деятельны, когда противники единодушны и деятельны? — Отвечают только, что это правда. Господи, спаси Царя и Отечество!
  • Да будет блажени умирающии о Господе! Не должно ли сказать и то, что за сими словами следует у Тайновидца: горе живущим на земле!
  • Преставление добрых во времена искушений бросает тень на следующее время. Мужие праведныи вземлются, и никтоже разумеет сердцем: от лица 6о неправды взялся праведный.
  • Для века сего не довольно действовать справедливо, надобно иметь осторожность, чтобы буквой закона и формой не вооружились против правды.
  • Блажен, кто может сидеть в своем углу, оплакивать свои грехи, молиться за Государя и за Церковь и не имеет нужды участием в общественных делах приобщаться чужим грехам и умножать свои грехи!
  • Печально то, что видим, и паки печально то, что видящие не видят.
  • Спаси, Господи, благородное сословие. Оскудевает степенный болярин.
  • Если хотя за один год взять все худое из светских журналов и соединить, то будет такой смрад, против которого трудно найти довольно ладана, чтобы заглушить оный.
  • Вы думаете, что уравнение евреев с христианами в правах гражданских поведет к христианскому просвещению евреев. От Бога вся возможно суть, но по ходу человеческих дел едва ли ожидать сего можно. Быть может, что есть воля судьбы Господней, чтобы евреи прежде освободились, а потом просветились верой, дабы их обращение не казалось вынужденным. Но не искомая честолюбивая свобода просветит их.
  • В старые годы богатый дворянин или доставил бы место и содержание бедному дворянину с семейством, или призрел бы семейство его и дал ему самому свободу следовать своему влечению. Ныне трудно найти сие.
  • Как наше время походит на последнее? Соль обуявает. Камни святилища падают в грязь на улицу. С горем и страхом смотрю я на изобилие людей, заслуживающих лишения сана. Но и то правда, что боюсь чужих грехов, а не своих!
  • Что это за несчастие, что о злоупотреблениях все говорят, и никто не может победить их?
  • Жалуются, что в Церкви часты праздники, а в театре праздники ежедневно. Праздники потеряны в духе, оттого не хотят их и в обряде. Что же? Может быть, уже надобно и нам не столько требовать их в обряде, сколько оплакивать их в духе, не сжалится ли Господь праздников, не сотворит ли по Своему слову: вечер водворится плач, а заутра радость, — праздник принятого покаяния и данной благодати. Духовная жизнь и нравственность
  • Провидение Божие не случайно попускает поражающие события, но или в наказание, или в наставление. Мало ли на свете ипохондриков и умоповрежденных, которые переносят неприятности своей жизни, и если не хранят сами себя, хранимы бывают Провидением? Почему это? Не потому ли, что в них прежде вкоренены были некоторые благие мысли и чувствования, и были в их прежней жизни некоторые благие дела, вследствие чего не оставляет их совсем благодать охраняющая? Если попускается врагу душ играть жизнью человека, то не потому ли, что не довольно были в нем утверждены прежде начала добра, с которыми соединено бывает благодатное охранение? И так от случая сего рода служителям духовного просвещения надлежит обратиться к заботливому помышлению о том, довольно ли стараются они приобретать учению своему вышнюю силу против силы преисподней? Довольно ли они глубоко проникают в души наставляемых? Довольно ли переходят в жизнь? С сими помышлениями прибегнуть к Богу и стараться усилить в себе благую ревность было бы, конечно, справедливее, полезнее и угоднее Богу, нежели стараться несчастную смерть закрыть блистательным погребением.
  • Не бегайте упорно людей, между ними есть люди Божии. Надобно стараться и добрые дела вести с осторожностью, чтобы впереди их не шло наше мудрование и наша воля.
  • С оком подозрительным можно дойти до человеконенавидения; кто хочет иметь любовь к ближнему, тот должен иметь око простое.
  • Сердиться не полезно. Гнев мужа правды Божия не соделывает. Можно гневом только произвести или увеличить раздражение другого, а привести в лучшее расположение можно только терпением и миром. Духовный закон говорит, что надобно помочь ближнему, и притом не оскорблять другого.
  • Не судите, да не судимы будете, хотя бы казалось, что и не без причины осуждаете, потому что ближний своему Господеви стоит или падает. А еще хуже, если судите, как судят судии помышлений злых. Вы думаете, что люди празднословят, а они говорят о пользе души и о делании добра.
  • Если жалуемся на ленность и холодность, надобно поискать, не впал ли в душу какой из тех помыслов, кои тяготят долу, а не воспаряют горе, а это помыслы, в коих что-либо присвояется или приписывается себе: успех дела, похвала, замечание недостатков ближних с перевесом в нашу пользу. Искуси мя, Господи, и испытай мя, и виждь, аще есть путь беззакония во мне, и настави мя на путь вечен.
  • Всякому подвизающемуся о своем спасении можно и должно сказать: Несть ти потреба тайных, не ищи знать сокровенное или будущее. Для спасения нужно веровать, исполнять заповеди, очищать сердце, а не любопытствовать. Желать знать сокровенное опасно, а желать открывать оное еще опаснее. Но вот сие не препятствует тому, чтобы Провидение Божие открывало тайное и обращало сие для своих целей, даже и при несовершенстве орудия, как можно примечать на опыте.
  • Против нашей немощи, греховности, ничтожности есть безконечная благость и всемогущее милосердие Божие. А против лености Бог положил нечто и в нас, ибо если умеем победить леность и трудиться неутомимо и неусыпно для выгод мирских, как можно часто видеть во многих, то почему не возбудить себя к подвигам для Царствия Небесного? А поскольку возбуждаемся, Бог и дело Свое указует, и силу творить оное дарует, не так, впрочем, иногда, чтобы нам тотчас видеть и успех дела, но довольно, что не дает препятствиям и отчаянию победить нас. Впрочем, дом душевный, по большей части, строится подобно тому, как по сказанию о церкви Киевской лавры: пока строили, она все была немного выше земли, а явилась вся, когда вся была достроена.

    © Радиостанция "Радонеж"
     






    Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
    Православное книжное обозрение