страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Святитель Филарет (Дроздов)

Святитель Филарет (Дроздов)
Рассуждение о времени преложения Св. Даров

Момент тайнодейственного преложения хлеба и вина в истинное Тело и Кровь Христову непостижим для ума. Учение о сем должно заимствовать из предания св. Апостольской Церкви. Представителями предания относительно сего пункта учения должны быть преимущественно составители литургий - св. Василий Великий и св. Иоанн Златоуст, и определения момента тайнодействия прежде всего надобно искать в самом составе их литургий.

Начнем с того места, когда священнодействующий, приступая к совершению Евхаристии, возглашает: Горе имеим сердца! Благодарим Господа.

Чем выражается сие благодарение? Жертвою хваления: 1) в следующих двух молитвах, обращенных к Богу Отцу; 2) в подражательном тайнодействии.

В первой молитве, восхваляя непостижимые совершенства и благодеяния Божии, явленные в целом творении и промышлении о сотворенных и наполняющие небо и землю, служащий благодарит за приятие и его службы, хотя вся тварь словесная и умная, все силы небесные непрестанное воссылают ему славословие, поюще песнь: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф: исполнь Небо и земля славы Твоея (Ис.6:3).

Во второй молитве, подражая силам небесным, служащий восхваляет неизреченные благодеяния Божии, явленные, в частности, роду человеческому - в создании его и воссоздании чрез Сына Божия (в историческом порядке излагается вся икономия спасения), Который в воспоминание Своего страдания установил таинство Евхаристии, прием хлеб на святыя Своя и пречистыя руки, показав Богу и Отцу, благодарив, благословив, освятив, преломив, даде святым Своим учеником и Апостолом рек: примите, ядите... пиите от нея вси... [1] Сими словами оканчивается вторая хвалебная или благодарственная молитва Богу Отцу. По самому составу речи слова Господни относятся к предложению вводному и составляют продолжение предыдущей молитвы - исчисления благодеяний искупления, изложенного в историческом порядке.

Теперь служащий приступает к возношению жертвы хваления подражательным тайнодействием: Поминающие спасительную заповедь: сие творите в Мое воспоминание... и вся, яже о нас бывшая... Твоя от Твоих приносяще... Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим... Первая часть подражательного действия (по порядку совершения таинства самим Спасителем - благодарив, благословив, освятив) исполнена. Но освящение Даров еще не совершилось - и потому св. Василий Великий в молитве пред призыванием Духа Святаго говорит: Предложше вместообразная святаго Тела и Крови Христа твоего.

Дерзающий приблизиться к святому жертвеннику для благословения и освящения Даров поражается страхом, чувствуя свое недостоинство послужить видимым орудием к совершению великой тайны, и потому молится Богу Отцу о ниспослании всеосвященнаго и очищающего от всякия скверны Духа Святаго на ны и на предлежащие Дары: Тебя призываем, Святе святых, благоговением Твоея благости, прийти Духу Твоему Святому на ны и на предлежащие Дары сия, и благословити я и освятити и показати.

Здесь неоконченная молитва к Богу Отцу прерывается, и вносится молитва Богу Сыну о ниспослании Духа Святаго на ны, как видимое орудие имеющего совершиться таинства преложения хлеба и вина в Тело и Кровь Христову. Следовательно, и молитва призывания Святаго Духа: Господи, Иже Пресвятаго... и стихи к ней, прилагаемые из 50-го псалма, - все еще составляют приготовление к освящению Даров и относятся к призыванию Святаго Духа на орудие, а не на самые Дары.

По окончании молитвы к Богу Сыну служащий возвращается к молитве Богу Отцу о ниспослании Святаго Духа на предлежащие Дары: И благословити я и освятити и показати хлеб сей самое честное Тело... чашу же сию самую честную Кровь Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа - как у Василия Великого; или как у Златоуста: И сотвори убо хлеб сей, и прочее, а еже в чаши сей честную Кровь Христа твоего, преложив Духом Твоим Святым. Человек и Бог соединяются в едином действии: человек, как орудие чрез благословение и произнесение молитвенных слов и сотвори и прочее, Бог Дух Святый чрез освящение Даров. Действие благословения и освящения не последовательное, а совокупное - преложение Даров в истинное Тело и Кровь Христову. Посему и момент преложения не может быть разделяем на начинательный и окончательный, а должен быть единовременный в совокупном действии благословения и освящения.

В служебнике (киевского издания), в 1-ом отделении известия учительного, предпоследнее правило читается так: К сему совершение сея тайны (Евхаристии) молитвою и словесы с благословением руки Иереев: и сотвори убо хлеб сей честное Тело Христа Твоего. А еже в чаши сей, честную Кровь, преложив Духом Твоим Святым, яко же мудрствует и содержит св. Апостольская Восточная Церковь.

Напрасно Латиняне думают, что мы унижаем слова Господни. Они имеют силу и важность в своем месте, сообразную с целию произношения их в предварительной молитве, как выражение величайшего благодеяния Искупителя и как заповедь в действии. А совершаемое нами приношение Евхаристии есть исполнение той заповеди. Напрасно нас упрекают и в том, будто много приписываем силы священнослужителю. Мы представляем его только видимым орудием, а совершительная сила в Евхаристии, как и во всех прочих таинствах, есть единая благодать Святаго Духа.

Это возражение Латинян есть повторение старинного упрека их, которому весьма легко и скоро было родиться, если и на Флорентийском соборе сам папа признался Греческому Императору, что не может служить по восточному чиноположению потому, что его не знает. Дух неприязни и ныне мешает им хорошенько узнать то, в чем нас упрекают.

Вам показалось странным мое обвинение Латинян в том, что они, приписывая все таинственное действие одним словам Христовым, делают излишними молитву и благословение. Вы отсылаете меня к их служебнику, я его знаю и могу сказать вам, что по книге Antonis Praxis rituum назначено при тайнодейственной молитве более 20-ти крестных знамений над предлежащими Дарами. Но тем не менее я не отступаю от своих слов, которых неполнотою только дал вам право на возражение. Изъясняюсь полнее. Если, как говорят Латинцы, пресуществление совершается произнесением слов Христовых, то излишне после сего благословение Даров. Но благословение Даров предписывает Апостол, следовательно, учение латинское противоречит Апостольскому слову и в сем именно неправо. Сие умозаключение имеет свою силу, что бы ни говорил латинский служебник. Если он не употребляет благословения, он виноват против Апостола. Если употребляет, он сим противоречит сам латинскому учению. Есть ли в латинском служебнике молитва собственно об освящении и преложении Св. Даров и благословение Св. Даров собственно тайнодейственное, подобно как в восточной литургии: Сотвори убо и прочее? Потрудитесь дознать сами в запутанном ходе так называемого: canon. Там говорится: benedicas haec dona [2], - но после сего Дары еще не признаются благословенными и пресуществленными. Далее, по произнесении слов Христовых, они признаются пресуществленными, но вслед за сим Тело и Кровь Христовы благословляются многими крестными знамениями. Извольте тут находить порядок, смысл и значение.

Вы спрашиваете: не великая ли то вина, что автор не довольно разграничил учение, и следует ли защищать его? Ответствую и не защищаю, ибо признаю вину. Но чтобы судить, велика ли вина, предлагаю вам еще краткий способ, переписывая подвергшиеся прекословию слова журнала с малым дополнением из моих обличительных соображений.

"Хлеб и вино прелагаются в Тело и Кровь Христову тогда, как возглашаются слова Иисуса Христа примите и прочее, которые составляют вечный закон, основание и приготовление таинства, и потому существенно в оном необходимы, как свидетельствуют все литургии, когда призывается Дух Святый, как совершитель пресуществления, и благословляются Св. Дары, чрез что действительно и окончательно совершается таинственное преложение".

Мне и теперь кажется, что о сем лучше промолчать, когда книга уже роздана, нежели заводить суд и нарядное исправление неточности, которую до сих пор во всей России, сколько нам известно, заметил один просвещенный писатель, который от сего вреда не получит, и, по его напоминанию, один архиерей, который также, надеюсь, усмотрит, что словесная вина не есть угрожающая Православию.

Совершенно соглашаюсь с вами, что не время поднимать вопрос. Но кто поднимает его? Обмолвившийся или тот, кто за обмолвку поднимает войну?

Если бы кто отверз уста с таким мнением о Евхаристии, в каком дают клятву английские короли, надлежало бы, хотя одному против всех, поднять спор за истинное Тело Христово и истинную Кровь Христову и за сохранение душам истинной веры в таинство и Божественной пищи. Но западная церковь, так же как и восточная, благоговеет пред Божественным таинством. Латинская мысль о времени пресуществления есть просто несообразна с древним преданием и, если позволено сказать, бестолкова, но есть ли в ней то, чего бы надлежало страшиться как смертоносного, почему надлежало бы употребить беспощадную ревность против таких слов, которые, сохраняя православное учение, не довольно резко отражают западное? Предлагаю сей вопрос вашему беспристрастному рассуждению, прося себе и вам молитвенной помощи св. Апостола Павла, заповедавшего не словопретися ни на кую же потребу, на разорение слышащих (2Тим.2:14).

Примечания
1. Евхаристическая молитва из чинопоследования литургии Василия Великого. - Примеч. сост.
2. Благослови сии Дары. - Примеч. сост.

Святитель Филарет (Дроздов). Избранные труды, письма, воспоминания. - М.: Православный Свято-Тихоновский Богословский институт, 2003. - С.548-552. // Извлечено из переписки с А.Н. Муравьевым (Письма от 19.1. и 15.3.1847). Печатается по: Письма Московского митрополита Филарета к А.Н. Муравьеву (1822-1867 гг.). Киев, 1869. С. 224-227, 233-236.
 






Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
Православное книжное обозрение