страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Святитель Филарет (Дроздов)

Святитель Филарет (Дроздов)
Слово в день венчания на царство и миропомазания благочестивейшего Государя Императора Александра Павловича, 1823 г.

Молю убо прежде всех творити молитвы, моления, прошения, благодарения за вся человеки, за царя и за всех, иже во власти суть, да тихое и безмолвное житие поживем во всяком благочестии и чистоте (1Тим.2:1,2)

О чем так настоятельно просит Апостол ученика своего Тимофея, епископа Ефесского, или, лучше сказать, что так непременно заповедует чрез епископа и всей церкви, то самое, Христиане, с особенною торжественностью исполняем мы ныне в сем доме молитвы. Совершая молитвы, моления, прошения, благодарения за всех человеков, особенно мы приносим оные за помазанного ныне Богом Царя нашего, который не только скипетром и мечом ограждает нашу жизнь и безопасность, но духом и всею жизнию своею подвизается, дабы проводить нам жизнь тихую и безмятежную во всяком благочестии и чистоте.

Не благодарно было бы пред Богом и пред ним не вспомнить теперь, какой недавно пример подал он нам в деле молитвы, когда, несмотря ни на утомление от пути, ни на многоразличные занятия кратковременного пребывания в обширном городе, в шесть дней четырехкратно посетил здешние храмы в часы возношения бескровной жертвы.

Как приятно должно быть подданным молиться за Царя, который так прилежно молится за подданных!

Но, между тем как дело сие совершается усердием всех и каждого, Церковь не почитает излишним часто среди самого дела молитвы повторять нам заповедь Апостола о молитве: Молю прежде всех творити молитвы, моления, прошения, благодарения за вся человеки, за царя и за всех, иже во власти суть, да тихое и безмолвное житие поживем во всяком благочестии и чистоте.

Посему не излишним почел и я не только повторить сию заповедь, но и разрешить ее на содержащиеся в ней особенные наставления о молитве.

Первое наставление в изречении Апостола о молитве есть то, что он поставляет дело молитвы прежде всего: Молю прежде всех творити молитвы.

Много дел благих, которых требует от Христианина Христианство, и которые оно в нем совершает, но дело молитвы должно быть прежде всех, потому что без него не может совершиться никакое другое дело благое. Найти и самим делом пройти путь Господень, уразуметь истину, увидеть жизнь или, иначе сказать, покаянием распять плоть со страстями и похотями, чтобы очистить себя от всякой скверны плоти и духа, посредством веры воскреснуть и просветиться в сердце светом Христовым, наконец Божественною любовью быть вознесену к соединению с Божеством и к обожению посредством сего соединения - вот в немногих словах сокращение великих дел, которые должны совершиться в Христианине. И как можно им совершиться, когда низшее из оных не может быть совершено без высших, а высшее обыкновенно недостижимо для того, кто не мог еще вступить на низшую степень? Как может найти путь тот, кто не видит истины? Или как может идти путем тот, в ком нет жизни? А истиною и жизнью не прежде может для нас соделаться Иисус Христос, разве когда соделается путем, ибо в сем точно порядке обещал Он нам открыться, когда сказал: Аз есмь путь и истина и живот (Ин.14:6). Как же разрешить сей многосплетенный узел, которого все концы скрываются внутри его? Как отверзть сию заключенную сокровищницу, которая с первого взгляда не представляет ни ключа, ни отверстия, где бы оный влагался? Главная нить, которою разрешается весь узел духовных тайн, и ключ, которым отверзаются все сокровища благодати, есть молитва. Молись с Давидом: Скажи мне, Господи, путь в оньже пойду, яко к Тебе взях душу мою (Пс.142:8), и откроется тебе истинный путь Господень. Аще кто от вас лишен есть премудрости или, что тоже, познания спасительной истины, да просит от дающего Бога всем нелицеприемне и не поношающаго, и дастся ему (Иак.1:5). Если кто и живота просил есть у Тебе, Господи, молитвою крепкой и чистой, дал еси ему (Пс.20:5) и даруешь всегда, исполняя во благих желания любящих Тебя (Пс.102:5). И что есть самая молитва в сущности своей, как не дыхание Божественной жизни в человеке, по реченному: Сам Дух воздыхает в нас воздыхании неизглаголанными (Рим.8:26)? Где есть хотя слабые начатки дыхания, там есть признаки жизни, а, где нет дыхания, там нет и жизни. Так, в ком есть хотя начатки молитвы, в том есть признаки жизни духовной: состояние человека без духа молитвы есть состояние бездыханного по внутреннему человеку. Посему как для жизни естественной прежде всего нужно возбудить дыхание, так для жизни духовной прежде всего нужно возбуждать дух молитвы.

Второе наставление в рассматриваемом теперь изречении Апостола заключается в том, что он дает понятие о разных видах молитвы. "Молю, - говорит он, - творити молитвы, моления, прошения, благодарения".

Молитвы должны мы приносить Богу, яко Богу, моления, как Судии, прошения, как Царю, благодарения, как Творцу и Подателю благ. Прошениями можем просить от Него благ, преимущественно вечных, а частью и временных. Молениями нужду имеем умолять Его, да избавит нас от зол, от греха и от наказания за грех. За исполнением прошений и молений естественно следуют благодарения. Молитва в собственном и высшем ее знаменовании забывает некоторым образом и зло и собственное благо и устремляется к созерцанию верховного и всеобщего блага в Боге тем, что в ней душа человека, по выражению таинственного песнопевца, восходит к Богу, аки стебло дыма кадильного (Песн.3:6). Моления сетуют пред Богом и утешаются; прошения дерзают и смиряются пред Ним; благодарения веселятся и торжествуют; молитва благоговеет пред Ним и горит в любви, как жертва всегда живая и всесожигаемая. Молитва вообще есть душа всех особенных молений, прошений и благодарений. Впрочем, и сии, смотря по состоянию Христианина, соединять с молитвою не только позволительно для него но полезно и даже необходимо. Кто не приносит молений о прощении грехов, тот или по невежеству не знает их, или закрывает их от себя гордостию, как фарисей и в том и другом случае не принадлежит к Царствию Божию, которое, с тех пор как вси согрешиша и лишени суть славы Божия (Рим.3:23), не приемлет никого кроме умоляющих и помилованных. Кто никогда не приносит Богу прошений, тот мало верует в Его благость и силу или совсем не верует. Доселе, - так обличает в сем недостатке молитвы самих Апостолов Иисус Христос, - доселе не просисте ничесоже во имя Мое: просите, и приимете, да радость ваша исполнена будет (Ин.16:24). Кто не приносит благодарений, тот оказывает Небесному Подателю всех благ такую несправедливость, которая и между человеками в отношении к земным благодетелям осуждается и наказуется общим презрением.

Третье наставление рассматриваемого изречения Апостольского состоит в том, что он определяет, за кого и в каком порядке должно совершать молитвы. Молю - говорит он, - творити молитвы за вся человеки, за царя и за всех, иже во власти суть.

Слыхал я некоторых, которые говорят: "Где уже нам за других молиться, когда мы за себя умолить не можем?" Такие люди, конечно, думают, что за себя должно молиться прежде всего, а за других можно и не молиться. Что должны они подумать, что должны думать и все мы, когда слышим, что Боговдохновенный наставник в молитве заповедует молиться за всех других без изъятия - за вся человеки, заповедует молиться за некоторых преимущественно: за царя и за всех, иже во власти суть, а о молитве за себя самих совсем не упоминает? Что сие значит? То, что молитва о себе самих, взятая отдельно от молитвы за других, как плод духовного своекорыстия, не может составить чистой Христианской добродетели, а потому и не стоит особенной заповеди, между тем как молящийся о всех молится в тоже время и о себе, и тем с большею чистотою и бескорыстием, чем менее отделяет свое особенное благо и спасение от всеобщего блага и спасения всех человеков. Посему и Сам Иисус Христос дал всем нам одну молитву - не каждому за себя, но всем и каждому за всех, повелев просить у Отца нашего Небесного, воли Его для всей земли, и насущного хлеба, прощения долгов, избавления от искушений для всех нас (Лк.11:2-4). Даже в частных наших случаях Он желал, чтобы по крайней мере два или трие совещались просить о всякой вещи Отца Небеснаго (Мф.18:19). Итак, не отрекайся от молитвы за других под предлогом опасения, что за себя умолить не можешь, но в самом деле опасайся, что не умолишь о себе, если за других молиться не будешь. Если каждый о себе только молиться будет, то каждый останется только со своею молитвою, хладный - с хладною, немощный - с немощною, но если каждый будет молиться за всех, то каждый вспомоществуем будет многомощною молитвою всея Церкви Христовы и всех Святых Божиих. Молю убо творити молитвы за вся человеки.

Что касается до молитв, предписанных в особенности за царя и за всех, иже во власти суть, не бесполезно в настоящее время обратить внимание на то, что, когда писал Апостол сию заповедь к Церкви Ефесской, тогда цари и власти, от которых могло зависеть ее внешнее благосостояние, были не Христиане, а язычники, не защитники, а большею частою гонители Церкви. Если за таковых молиться есть обязанность Христианская, то сколь противно было бы Христианству не радеть о молитве за Царя, который есть Христов Помазанник и который властью и примером утверждает и распространяет благочестие! Нерадение сие не может остаться ненаказанным по той сокровенной связи, которой Провидение Божие в судьбе царей и народов не всегда близко, но всегда дивным образом точно соединяет благочестие с благоденствием и пороки с бедствиями. Почему столь благочестивые и благодетельные цари, как Езекия и Иосия, не могли отвратить погибели царства Иудейского? Потому что недостойный народ не хотел вместить духа благочестия, который они в нем возбудить столь усильно старались.

Четвертое наставление в рассматриваемом изречении Апостола есть то, что он постановляет для дела молитвы правильную цель: да тихое и безмолвное житие поживем во всяком благочестии и чистоте.

Последствия молитвы, с неправильною целию приносимой, изображает другой Апостол, когда говорит: Просите, и не приемлете, зане зле просите, да в сластех ваших иждивете (Иак.4:3). Он показывает молитву бесплодную: Просите, и не приемлете. Но почему она бесплодна? Потому что молящиеся имеют неправильную цель, дабы удовлетворить собственным вожделениям - да в сластех ваших иждивете. Предупреждая сие злоупотребление и, можно сказать, осквернение святыни, какова есть молитва, Святой Павел предписывает, чтобы мы при молитвах и прошениях наших имели в виду не собственные вожделения, но общее всех Христиан житие, благосостояние Церкви и Отечества, чтобы предметом желаний наших была не жизнь, приятная для угождения грубому или тонкому сластолюбию, не жизнь изобильная для удовлетворения корыстолюбия, не жизнь блистательная и славная, которая питала бы нашу гордость и честолюбие, но жизнь тихая и безмятежная, чтобы, наконец, и сия самая не была последнею целию желаний, так как мы, не имея в сей временной, внешней жизни пребывающаго града (Евр.13:14), не можем здесь поставить последней меты для нашего стремления, но чтобы мы, достигая тихого и безмятежного состояния временной и внешней жизни, тем беспрепятственнее простирались к достижению дальнейших успехов в жизни внутренней для приобретения права на жизнь вечную в грядущем Небесном граде - да тихое и безмолвное житие поживем во всяком благочестии и чистоте.

Воспользуемся, братия, сими Апостольскими наставлениями, если кто до сих пор не довольно ими пользовался.

Не попустим, чтобы праздность или суетные увеселения удаляли нас от священного дела молитвы общественной и частной, церковной и домашней, не допустим самые дела мирские разрушать в нас сие дело Божие. Есть время всякой вещи под небесем (Еккл.3:1). Как не быть времени для молитвы, которая есть первая вещь под небесем? Есть время для зрелищ. Как не быть времени для храма? Если поспешаешь и на добрые и на законные дела, поспеши еще паче предварить их молитвою, чтобы доброе и законное соделалось святым, ибо все освящается молитвою (1Тим.4:5) - молю убо прежде всех творити молитвы.

Будем, сколько можно, внимательны к разным случаям, к которым благоразумно применяемое дело молитвы становится полным и совершенным. Чувствуя себя повинными пред правосудием Божиим, принесем Ему моления, да простит нам долги наши, а если бы и все повеленное сотворили, не престанем и тогда умолять о милости, признавая себя рабами неключимыми, которые ничего еще не заслужили, исполнив только должное. Мысль, что Небесный Отец знает наши нужды, - сия сладкая пища Христианской надежды - да не превращается у нас в пищу лености или неверия; то, что Отец всеведущ, да не препятствует чадам быть искренними. Будем приносить Ему детские прошения наши, дабы Тот, Который по Своему всеведению предвидел оныя, мог исполнить оныя сообразно с правдою Своею. Но, как чада послушания, получим ли просимое в полную меру прошения, или совсем не получим оного, или даже лишимся и того, что имели, - во всех сих случаях не престанем приносить наши благодарения Отцу, Который сколько щедр тогда, когда подает хлеб, столько же благ и тогда, когда не дает горящего угля несмысленному детищу или отъемлет у него смертоносное орудие. Дерзнем приступать ближе и ближе к сему всеблагому Отцу даже без посредства наших нужд и Его даров. Довольно услышать одно слово Его или одно имя Его, да изыдет душа наша в слово Его (Песн.5:6), и вся излиется пред Ним в молитве любви и радости. Тако молю творити молитвы, моления, прошения, благодарения.

Расширим сердце наше молитвою и обымем ею всех человеков. В ней и отдаленное даже соделается близким, и чуждое - собственным, высокое и низкое - равным пред лицом Всевышнего, в ней да угаснет вражда и любовь да воспламенится более сильным и чистым пламенем. Особенно взыщем чрез молитву блага тем, которых Бог поставил особенными подвигами созидать наше благо. Кто знает, сколько может молитва веры за Царя и Отечество? Некогда молитва одного Елисея для царя и царства Израильского была сильнее войска, ибо привела целое неприятельское войско пленным в столицу Израиля. Молю убо творити молитвы за вся человеки, за царя и за всех, иже во власти суть.

Наконец, будем остерегаться, чтобы нечистое намерение, как червь, не повредило плода молитвы в самой его внутренности. Как недостойна была бы, например, молитва за Царя, если бы кто предстал в ней с прочими только для того, чтобы исполнить обычай и гражданскую обязанность! Нет! Не того требует Христианство, не того достоин Царь. Искренним сердцем и всею душой да приносим молитвы за вся человеки, за царя и за всех, иже во власти суть, с чистым намерением, да тихое и безмолвное житие поживем во всяком благочестии и чистоте. Сие бо добро и приятно пред Спасителем нашим Богом (1Тим.2:1,3), Которому да воздается молитва непрестанно, благодарение за все и слава вовеки. Аминь.

Святитель Филарет (Дроздов). Избранные труды, письма, воспоминания. - М.: Православный Свято-Тихоновский Богословский институт, 2003. С.189-195.
 






Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
Православное книжное обозрение